Проведено 138 167 розыгрышей
Следующий через 2 минуты

Последние победители

29
уровень
x29
шанс
Выигрышей: 45
Нравится
•••
скрыть
Не нравится
{{interest.name}}
•••
скрыть
Доброго времени суток!
Я Игорь. Поэт и краевед из древнего города Великие Луки.
На данный момент моё творчество сосредоточено здесь: http://www.stihi.ru/avtor/igorsayunov
Всегда рад общению с теми, чьи интересы совпадают с моими.
Добро пожаловать!
Все 61 новость

Последние новости

WriTober, день 28. Падать, насаженный на колья или шипы.

Заметили, что у меня только чётные темы? А где же нечётные?! А вот они! https://galactikka.com/109061


Когда богач Лорденс начал строить свой замок, он нанял для этого дела Кревса, лучшего инженера всего королевства, известного также в качестве непревзойдённого мастера ловушек.
- Я хочу, чтобы все мои сокровища были в безопасности. – Говорил Лорденс. – Охрана не надёжна, она может предать, а ловушки бесстрастны и бездумны, они охраняют надёжнее всего.
Кревс был с этим полностью согласен. Он встроил двери сокровищницы в центр круглой башни, замостив её пол квадратной плиткой длиною в один шаг. Некоторые из плиток были положены на твёрдый камень, другие же скрывали под собой ямы с острыми кольями. Кревс хитро расположил их, а правильный путь к сокровищнице должны были знать только он и Лорденс.
Когда строительство было...

Показать полностью
9

Тема wriTober`a № 26 - писк, смертельная худоба.

Здесь  https://galactikka.com/109061 все нечётные темы, загляните почитать!=))


Когда Лёшка очнулся пожар уже стих. В принципе, это было неудивительно: сырая промозглая осень, много дней подряд шли дожди. После такого тайга вряд ли загорится даже от разлитого пылающего авиатоплива.

Он поднялся, подвигал руками и ногами – вроде как всё цело. Осмотрелся. Сгоревший вертолёт лежал за деревьями, рядом с ним – тела. Никто не движется, не издаёт никаких звуков. В другой ситуации Лёшка бы закричал от страха, побежал невесть куда, как и любой пятнадцатилетний мальчишка на его месте, но сейчас в нём будто включилась какая-то другая личность. Он хладнокровно рассматривал всё вокруг, пытаясь понять, как спастись из этого непроходимого осеннего леса.

Справа зашевелились кусты. Лёшка отскочил в сторону, подобрался, думая, что сквозь них продирается какой-нибудь зверь, пришедший на запах мяса, но вместо этого на полянку хромая вышел человек, летевший с ним в вертолёте. Никогда в жизни Лёшка ещё не был так рад видеть совершенно постороннего ему незнакомца!

Мужчина подошёл к нему, поморгал, всякий раз крепко зажмуриваясь, и наконец протянул мальчику руку.

- Семён.

- Лёша. – Выжившие обменялись рукопожатиями.

- Ну что же, Лёша – невесело проговорил Семён – остались мы вдвоём в дебрях. Пойдёшь со мной ближайшие посёлки искать, или тут будешь ждать, пока найдут?

- Пойду! – Быстро ответил Лёшка.


Они шли уже больше трёх часов. Иногда обменивались односложными фразами. По этим обмолвкам Лёшка понял, что Семён работал где-то на метеостанции вахтовым методом и летел на этом воздушном такси, чтобы сменить коллегу, смена которого подходила к концу. Сам же Лёшка летел домой из интерната, где жил всю неделю. В его родном посёлке школ попросту не было.
Шли они долго. Когда время пошло к вечеру и стало заметно холодать, развели костёр.
- Дядя Семён! А что если волки нагрянут? Ружья-то нет!
Говоря это, Лёшка сидел у костра и ел собранные за день ягоды. Они были и завтраком, и обедом, и ужином – другой пищи у выживших не было, как и приспособлений для того, чтобы поохотиться или наловить рыбы.
- А мы на дерево от них спрячемся. Не дрейфь, малой, ты ж сам сибиряк!
- Но спать-то на дереве неудобно!
- Ещё как удобно! – Воскликнул Семён. – Смотри!
Он ловко связал несколько нижних ветвей растущего неподалёку кедра верёвкой, которую они на всякий случай прихватили от места крушения, когда уходили. Наверх накидал сухого лапника, а на него – целый матрац из мха и листьев.
- Залазь, Лёшка. А я внизу караулить буду. Меня этот гамак всё равно не выдержит.
- А в случае чего как вы спасётесь?
- Заберусь на дерево рядом и буду там сидеть. Ты не бойся, я по деревьям огого как лазаю!
Однако ночь прошла довольно тихо. Наутро скитальцы снова двинулись в поход. День выдался пасмурным, промозглым, и уже к обеду они сильно устали.
Ни с того ни с сего Семён схватил Лёшку за плечо.
- Смотри!
Сначала мальчик даже не понял, на что именно нужно смотреть. А потом заметил, как вдалеке из-за деревьев поднимается тонкий но густой столб дыма.
- Посёлок! – Восторженно воскликнул Лёшка.
- Айда туда! Да не беги только, нога же болит, не поспею за тобой... ай, чертёнок шустрый! – Добродушно ворчал Семён, пытаясь угнаться за обрадованным Лёшкой.

Посёлок оказался заброшенной деревней. Дома её обветшали, все кроме одного стояли с пустыми рамами без стёкол, полностью сгнившие и даже на вид очень старые. Лишь один дом по виду был обитаем – крайний. На завалинке его сидел древний старик с длинными волосами, тощий и иссохший настолько, что казался скорее мумией, нежели живым человеком. Он пристально смотрел на обоих выживших и молчал, они же, в свою очередь, рассматривали его. В воздухе звенел навязчивый непрекращающийся писк, но ни Семён, ни Лёшка не смогли сразу определить его источник.
Никак смена пришла! – Проскрипел вдруг старик и рывком поднялся на ноги. – Скоро девятый десяток лет закончится, а я всё ждал!
Старик обернулся к столбу дыма, висящему над его крышей, крикнул ещё раз «смена пришла!», – и дым будто отреагировал на это, закружился, заклубился и запищал ещё сильнее. Только сейчас Семён понял, что дым почему-то не пахнет дымом, а Лёшка присмотрелся к нему внимательнее и невольно вскрикнул.
«Дым» был целым облаком гнуса. Комары, оводы, слепни, мошкара и прочая кусачая нечисть плотным потоком носились над домом старика, определённо реагируя на него и его слова.
Впрочем, Лёшка не понял, о чём говорит старик, а вот Семёну сразу же вспомнилась одна история из самого детства – ему её рассказывал дедушка, когда они ещё жили в родном таёжном посёлке.

Давным-давно, ещё до революции, в Сибири существовал обычай: чтобы гнус не лютовал раз в пятьдесят лет на сходе нескольких сёл выбирали десятилетнего мальчишку и посылали его в самое сердце тайги, в безымянную деревню. Деревня была заброшенной, по преданию её обитателей заживо сожрали насекомые, налетевшие однажды огромной тучей. Мальчик должен был добраться до неё сам, провожали его лишь до половины пути. Там, в деревне он становился новым жрецом, а старый в это время уходил. Жрец правил гнусом, контролировал его, держал своих бесчисленных подданных в подчинении, чтобы они не заедали насмерть людей и скот – и действительно, таких случаев в том районе больше никогда не было. Спустя полвека он сменялся новым. Так было до тех пор, пока в деревни не пришёл коммунизм, и обычай не признали варварским пережитком прошлого.

«Но ведь это сказка!», – подумал Семён, – «Это же просто дедушкина сказка!»
Старик обернулся к нему. Он по взгляду понял, что Семён догадался.
- Беги, малой! – Успел крикнуть Семён прежде, чем старик шевельнул бровью и туча гнуса, роившегося над его домом, с шумом и пронзительным писком бесчисленных крыльев обрушилась на мужчину. На мгновение его не стало видно, но сразу после этого безжизненное тело Лёшкиного спутника тяжело рухнуло на землю.
Лёшка стоял как вкопанный. Теперь – не после крушения, не ночью в лесу, а теперь его охватил леденящий ужас, он оцепенел, будто во сне не в силах двинуть хотя бы пальцем.
- Что вам надо? – Пролепетал он онемевшим языком.
- Умереть. – Просто ответил старик.
- Может мы... я... помочь... надо вывести вас к людям. Я... они помогут...
Лёшка понимал, что лепечет какую-то ерунду, но язык совершенно не слушался его. Старик покачал головой и погрозил ему костлявым пальцем:
- Не надо мне этого. Смена нужна! Смена позволит помереть! Я уже столько лет здесь, считай вдвое больше, чем положено. А если задержишься, тайга перестаёт давать пищу. Пятьдесят лет – и всё, нужна смена. Знаешь, что я ел всё время после того как кончились пятьдесят лет?
Лёшка испуганно покачал головой. Старик осклабился и повёл рукой в сторону облака своих слуг.
- Их.
Мальчик почувствовал, как к горлу подкатила тошнота.
- А теперь всё наконец! – Продолжал старик. – Староват ты, конечно. Но делать нечего. Жди. Через пятьдесят лет смена придёт. Или не придёт. Но ты надейся! Еды тебе на первое время хватит, а потом тайга даст.
Лёшка проследил за его взглядом, явно намекавшим на лежавшего рядом Семёна. Старик хохотнул, встал, расправил плечи и осыпался прахом, из которого вырвался целый рой новых насекомых. Мальчик упал на колени и закричал. Его мозг, готовый разорваться, почувствовал всех их одновременно – каждого, кто кружился над деревней, кто был в тайге, каждое насекомое, каждую особь. Все они теперь были частью его разума.
Но при этом ему стало спокойнее, потому что совсем перестало хотеться домой.


Художница - Даша Андреева (https://galactikka.com/109061)

Хотите почитать 23 и 25 темы? Тогда вам сюда: https://galactikka.com/109061

У меня же нынче тема №24: Слепой и нестандартное расположение органов.


Вы когда-нибудь работали на переписи населения? Если нет, то знайте: тяжелая это работа! За довольно короткий отрезок времени нужно обойти почти целый квартал, каждую квартиру, всех обо всём расспросить по инструкции, записать... а люди-то разные бывают. Есть те, кто радушно примет, а есть и такие, что чуть ли не драться бросаются. Однако это ещё не самый плохой вариант.

Денис с утра ходил по невесть как затесавшимся в самый центр города старым полурасселённым домам, предназначенным к сносу. Не старинным, а именно старым – деревянным, построенным где-то в шестидесятые-семидесятые для рабочих какого-то из заводов. Рабочих планировалось разместить здесь на время, пока для них не построят большое и просторное жильё, но, как говорится, нет ничего более постоянного, чем временное, и в этих двухэтажках уже успело смениться целое поколение обитателей, которых только теперь стали потихоньку переселять в новые дома на месте таких же, но уже снесённых бараков.

Ходя из подъезда в подъезд, переписчик удивлялся тому, как эти дома продержались столько лет. Они сгнили полностью, это буквально ощущалось при каждом шаге по их полам, каждом открытии двери или любом другом действии. Как их до сих пор не снесли – ведь буквально в пяти минутах отсюда шумит машинами центральный перекрёсток, возле которого чинно вытянулись свежие высотки – тоже не поддавалось пониманию. Размышляя над этим, Денис вошёл в очередной подъезд. Сырость, грязь, запах плесени. Первая же квартира на первом этаже была уже расселена и вместо двери зияла тёмным даже сейчас, в середине дня, проёмом. Вообще, в подъезде было как-то слишком темно – маленькие, заросшие огромным слоем грязи, окна почти не пропускали свет, лампочки не горели, а других источников освещения попросту не было. Здесь было как-то темно и зловеще даже по сравнению с другими похожими подъездами, которые Денис успел обойти за этот день.

Поборов внезапно накатившую тревогу, он позвонил во вторую, обитаемую квартиру. Там жила одинокая старушка, которая быстро рассказала всё необходимое. В третьей же квартире, на вид жилой, было тихо. Денис звонил и звонил в дверь, даже пару раз постучал.

- Не старайся, милок! – Выглянула из-за своей двери старушка. – Опять небось после пьянки спят. Их в таком состоянии ничем не разбудишь. Давай я тебе расскажу, что о них помню.

Рассказа доброй старушки хватило на то, чтобы наплевав на инструкции заполнить ещё пару листов. Честно говоря, с самого первого момента в этом подъезде невыполнение инструкций пугало переписчика гораздо меньше, чем перспектива остаться здесь подольше.

Поблагодарив старушку и поднявшись на второй этаж, он позвонил в четвёртую квартиру. За дверью была абсолютная тишина. Он позвонил снова, подождал и ещё раз нажал на кнопку. В этот самый момент переписчик почувствовал, что его локоть кто-то тронул. Легонько, без агрессии, будто просто пытался привлечь внимание. Денис подумал, что это снова старушка с первого этажа, спешащая внести ясность касательно обитателей этой квартиры, однако мгновенно понял, что не слышал её шагов на лестнице, да и вообще, не мог бы не заметить, пойди она сюда. Он медленно обернулся.

Позади стоял худой лысеющий человек с острыми чертами лица, грязный и неухоженный, впрочем, всё это было ожидаемо в антураже подобного подъезда. Гораздо страннее и страшнее было другое.

У человека не было глаз.

Вообще не было. Гладкая бледная кожа от лба до скул, никакого намёка на то, что они вообще когда-то были. Он стоял, вперив свой несуществующий взгляд в Дениса и молчал, тот же, в свою очередь, не на шутку струхнул. Переписчик вскрикнул, оттолкнул безглазого, оступился и кубарем покатился с лестницы. Из карманов со звоном сыпалась мелочь, что-то с грохотом падало и катилось рядом, но Денису было не до этого. Он вскочил, одним прыжком перемахнул коротенький пролёт от площадки первого этажа до двери и побежал так быстро, как только мог.

Каким-то чудом все рабочие бумаги уцелели, а вот мобильник остался там, в подъезде. Впрочем, даже отдышавшись и успокоив мечущиеся мысли, Денис не желал за ним возвращаться. Он остановился через несколько кварталов, поняв, что никто за ним не гонится, и теперь брёл в офис. По мере того, как шум города вокруг приводил его в чувство и возвращал уверенность в себе, он начал жалеть о том, что толкнул несчастного калеку, который и сам его, вероятнее всего, испугался.

«Зря я так!», – думал Денис уже сидя в офисе, – «Может человек просто спросить что-то хотел. Ну, подумаешь, без глаз. Там же маргиналы в основном живут, генетика у всех такая, что вполне мог такой вот бедолага родиться. Но он же не бросался на меня, только чуть тронул... а вдруг ушибся, когда я толкнул его?»

Думая обо всём этом Денис в итоге решил съездить обратно в тот дом, забрать телефон из подъезда и извиниться перед несчастным калекой. Уже через полчаса он шагал от автобусной остановки к подъезду, из которого всего пару часов назад с позором ретировался. Подъезд был пуст и даже, пожалуй, казался чуть светлее, несмотря на то, что на улице уже сгущались вечерние сумерки. Телефон так и не нашёлся, и Денис решил позвонить в квартиру к уже знакомой ему старушке, чтобы спросить, не она ли его нашла, и заодно расспросить о калеке.

Старушки дома не оказалось. Дверь будто ещё сильнее обветшала за время, пока переписчика не было здесь, звонок срабатывал через раз, а внутри квартиры стояла полная тишина.

Вздохнув, Денис пошёл наверх. Там он всё-таки дозвонился в две квартиры из трёх, и даже заглянул на обратном пути к алкоголической семье из третьей квартиры и переписал их анкеты уже с их собственных слов. Впрочем, люди во всех посещённых жилищах были довольно неприветливыми, поэтому про калеку он так ни у кого и не спросил. Подумал только, что это либо зашедший с улицы погреться бомж, либо обитатель той самой квартиры, во время звонков в которую он и застал Дениса на лестнице. К слову, дозвониться в неё снова не удалось. Впрочем, важно было не это: то непонятное, что давило на него всё это время наконец куда-то ушло, и даже вечер будто стал светлее.

Домой переписчик шёл почти в хорошем настроении. Почти – потому что телефон так и не нашёлся. Впрочем, созваниваться Денису было не с кем, поэтому он не очень переживал по этому поводу: сам по себе телефон всё равно был недорогим и далеко не новым, а восстановить sim-карту и вернуть в неё номера, которые он и так помнил наизусть не составляло никакого труда.

Придя домой он решил с этого и начать. Сел за компьютер и хотел было зайти в личный кабинет на сайте оператора, чтобы заблокировать утерянную карту, однако доступа в Интернет почему-то не было. Денис недовольно хмыкнул. В районе, где он снимал квартиру, перебои с интернетом редкостью не были, однако он вдруг подумал, что не имея под рукой телефона остался без какой-либо связи. Среди соседей знакомых не было, поэтому где-то в глубине души вдруг зашевелилось щемящее чувство одиночества.

Денис решил отогнать его. Он немного полюбовался вечерним городом с высоты своего восьмого этажа, затем сделал вкусного чаю, взял любимую книгу и устроился поуютнее. Не прошло и часа, как за окном совсем стемнело, и в дверь неожиданно позвонили. Ворча на то, что его отвлекают от уютного времяпровождения, и всё же надеясь втайне на то, что пришёл кто-то из друзей или коллег, Денис дошёл до двери и посмотрел в глазок.

На слабо освещённой площадке стоял, вперив несуществующий взгляд прямо в него, тощий, лысый безглазый человек.


Художница - Даша Андреева (https://galactikka.com/109061)

Все вопросы

Последние вопросы

Все ответы

Последние ответы

Альбомы
Разные фотки
2
80
Родной город
36
188
× Пришло новое сообщение