Проведено 127 220 розыгрышей
Следующий через 4 минуты

Последние победители

17
уровень
x17
шанс
Выигрышей: 15
Нравится
•••
скрыть
Не нравится
{{interest.name}}
•••
скрыть
"Такова магия человеческого сердца, что самое невероятное случается, когда человеческая воля и любовь объединяются вместе".
- Нисаргадатта Махарадж
Все 83 новости

Последние новости

Немножко о тех, кому во снах приоткрывались законы мироздания.


P.S.: По биографии Сриниваса Рамануджана был также снят неплохой фильм "Человек, который познал бесконечность": https://vk.com/video-47480397_456239617


---


ЗАГАДКА РАМАНУДЖАНА


Рамануджан любил говорить, что формулы ему внушает во сне богиня Намаккаль. Интересно отметить, что действительно он часто, вставая по утрам с кровати, тут же записывал готовые формулы.


Сешу Айар и Рамачандра Рао


Письмо в Кембридж.


В самом начале 1913 года профессор Кембриджского университета Г. Г. Харди получил письмо из далекого Мадраса. В свои 36 лет Харди был уже одним из крупнейших специалистов по анализу и теории чисел, автором ряда великолепных математических работ. Отправитель же письма, Сриниваза Рамануджан, работал клерком в бухгалтерии почтового ведомства Мадраса с более чем скромным окладом в 20 фунтов в год. Он сообщал о себе, что не имеет университетского образования и после окончания школы самостоятельно занимается математикой, не следуя принятой системе, а «избрав свою дорогу». Математическое содержание письма выглядит достаточно неуклюже — вполне можно принять автора за самоуверенного любителя.


Само по себе такое письмо не могло произвести на Харди сильного впечатления. Но к письму было приложено некоторое количество формул, которые предлагалось опубликовать, если они интересны, чего сам автор не мог сделать из-за своей бедности. Просмотр формул насторожил Харди: он понял, что имеет дело с незаурядным явлением. Он заинтересованно отвечает Рамануджану, между ними завязывается интенсивная переписка. Постепенно у Харди собирается около 120 разнообразных формул.


Формулы Рамануджана касались в основном соотношений между бесконечными радикалами (вставка 2), бесконечными рядами, произведениями и цепными дробями (вставки 1, 3, 4), тождеств между интегралами. Прежде всего было ясно, что они далеко выходят за пределы элементарной математики. Далее возникает цепь вопросов: известны ли они; если да, то самостоятельно ли получены автором письма; если нет, то верны ли они? Вскоре Харди понимает, что ситуация парадоксальна: он, несомненно, выдающийся специалист по современному анализу, имеет дело с россыпью неизвестных ему формул!


Большое впечатление на Харди произвели формулы с бесконечными рядами (см. вставку 1). После их изучения он приходит к выводу: «. . . в распоряжении Рамануджана должны быть какието очень общие теоремы, которые он от меня скрывает».


Но особо удивили Харди соотношения с бесконечными цепными дробями (одно из более поздних соотношений этого типа показано на вставке 3): «. . . эти соотношения поставили меня полностью в тупик; я никогда не видел ничего подобного. Достаточно бросить на них один взгляд, чтобы убедиться в том, что они могли быть написаны только математиком самого высшего класса».

Чудо из Кумбаконама.


Как же сложился математик, который так удивил Харди? Сриниваза Рамануджан Айенгор родился 22 декабря 1887 г. на юге Индии в селении Эрод. Его детство в основном протекало в маленьком городке Кумбаконам (в 260 км от Мадраса), где его отец работал бухгалтером в небольшой текстильной лавке. Рамануджан принадлежал к касте браминов, но богатство уже давно не было уделом его родственников. Его родители, а мать особенно, были глубоко религиозны. Рамануджан получил воспитание в традициях касты. Детство, проведенное в городе, где каждый камень связан с древней религией, в окружении людей, постоянно ощущающих свою принадлежность к высшей касте, сыграло большую роль в становлении Рамануджана.


С 5 лет Рамануджан в школе, к 10 годам он заканчивает начальную школу. Он начинает проявлять незаурядные способности, получает стипендию, обеспечивающую обучение в средней школе за половинную плату. В 14 лет студент из Мадраса дает ему двухтомное руководство по тригонометрии Лони. Вскоре Рамануджан изучил тригонометрию, и студент имел возможность пользоваться его консультацией в решении задач. К этому периоду относятся первые рассказы и легенды. Утверждается, что он сам открыл «формулу Эйлера о синусе и косинусе» и был очень расстроен, найдя эту формулу во втором томе Лони.

«Маленький брамин» полагает, что в математике, как и в других науках, следует искать присущую ей «высшую истину», расспрашивает учителей. Старшие дают маловразумительные ссылки на теорему Пифагора, а то и на вычисления с процентами.


«Синопсис элементарных результатов чистой и прикладной математики». Это двухтомное руководство английского математика Карра, написанное в 1880 – 1886 гг., попало к Рамануджану в 1903 г. — ему было тогда 16 лет. Эта книга сыграла огромную роль в формировании Рамануджана. В ней было собрано 6165 теорем и формул, почти без доказательств, с минимальными пояснениями. В основном книга посвящена алгебре, тригонометрии, анализу, аналитической геометрии.

Книга Карра стимулировала мальчика к самостоятельному выводу формул. Об этом говорят те, кто знал Рамануджана в эти годы. Постепенно меняется область его основных интересов: магические квадраты, потом квадратура круга (он находит π с точностью, позволяющей вычислить длину экватора с ошибкой, не превышающей 1 – 2 м, гласит легенда) и, наконец, наступает очередь бесконечных рядов. Это уже начало подлинной математической жизни!


Книга Карра оказалась достаточно удачной для того, чтобы сформировать математический мир Рамануджана. Но ориентация на эту книгу имела и другие последствия. Поскольку книга не содержала доказательств, а в лучшем случае — наводящие соображения, у Рамануджана складывается своеобразный метод установления математической истины. К тому же он лишен в Индии подходящих руководств для того, чтобы проводить строгие доказательства.


«Его понимание сущности математического доказательства было более чем туманным; он пришел ко всем своим результатам, как ранним, так и более поздним, как верным, так и неверным, при помощи странной смеси интуитивных догадок, индуктивных соображений и логических рассуждений. . . »


Математическая судьба Рамануджана фактически полностью решилась в эти годы — направление научных поисков, способ думать он уже никогда не менял. Здесь можно выразить сожаление, что Рамануджан формировался в тяжелых условиях. В нормальных условиях он, несомненно, стал бы математиком с лучшей профессиональной подготовкой, но можно ли быть уверенным, что он был бы столь же уникален? Смог бы Рамануджан увидеть так много, если бы с детства был обучен правилам поведения в математике и доводил бы свои результаты до публикаций со строгими доказательствами, строил бы свой математический мир на базе всего достигнутого человечеством, а не на сравнительно небольшом числе фактов?


От чисел к формулам.


В формировании математического мира Рамануджана было важно, что начальный запас математических фактов (в основном почерпнутый из книги Карра) объединился у него с огромным запасом наблюдений над конкретными числами. Он коллекционировал такие факты с детства. Его школьный товарищ вспоминал, что Рамануджан знал огромное число знаков в разложениях e, π и других чисел в десятичные дроби. Он обладал поразительными способностями подмечать арифметические закономерности, терпеливо рассматривая огромный числовой материал — искусство, которым виртуозно владели Эйлер и Гаусс, но которое было в значительной степени утрачено к XX веку. Многое в числовой кладовой открывалось при случайных обстоятельствах. Харди позднее вспоминал, как он навестил в больнице Рамануджана и сказал, что он приехал на такси со «скучным» номером 1729. Рамануджан разволновался и воскликнул: «Харди, ну как же, Харди, это число — наименьшее натуральное число, представимое в виде суммы кубов двумя различными способами!» (1729 = 1^3 + 12^3 = 9^3 + 10^3 ). В книге Харди о творчестве Рамануджана метко сказано, что «каждое натуральное число было личным другом Рамануджана».


Рамануджан стремительно пополняет запас фактов, почерпнутый у Карра. Он при этом с удивительной скоростью переоткрывает результаты Эйлера, Гаусса, Якоби. Так некогда юный Гаусс в Брауншвейге, лишенный литературы, реконструировал в короткий срок то, на что у его великих предшественников ушли десятилетия. Можно только удивляться, что реконструкции математики с такими скоростями возможны.


Постепенно коллекция наблюдений над конкретными числами уходит у Рамануджана на второй план перед миром формул. Формулы для него — не вспомогательное средство для доказательств или вычислений, но представляют самостоятельную цель. Внутренняя красота формулы имеет для Рамануджана бесконечную ценность. Его формулы можно рассматривать как прекрасные картины.


Выбор профессии.


В 1904 г. Рамануджан поступает в Мадрасский университет, делает первые успехи не только в математике, но и в английском языке. Однако математика начинает занимать его целиком, и это не замедлило сказаться. Он не кончает даже первого курса, странствует с другом, делает попытку вернуться в университет, а затем закончить его экстерном (1907 г.). Но все безуспешно. В 1909 г. он женится; его жене девять лет, и она доживет до наших дней, трогательно сохраняя память о великом супруге. Рамануджан вынужден думать о средствах на жизнь, но он не может найти подходящего занятия. В 1910 г. он показывает свои математические результаты Рамасвари Айару, основателю Индийского математического общества, затем Сешу Айару, преподавателю Кумбаконамского колледжа, и Рамачандра Рао, крупному чиновнику, получившему математическое образование; позднее они стали биографами Рамануджана.


Рао помогает ему из своих средств, а затем устраивает клерком в почтовое управление. В 1911 г. появляется в печати сообщение Сешу Айара о результатах Рамануджана, а затем и его собственная статья. В судьбе Рамануджана начинают принимать участие влиятельные английские чиновники; с 1 мая 1913 г. на два года он обеспечен специальной стипендией в 75 рупий (5 фунтов) в месяц. Этого хватает на скромную жизнь, и Рамануджан оставляет карьеру клерка. Он становится «профессиональным математиком».


Итак, Рамануджан встретил среди окружающих определенное признание, но не понимание. Мы помним, что в начале 1913 г. он пишет Харди. Чего он ожидал от Харди? Найти, наконец, человека, способного понять и оценить его результаты, помочь и направить его дальнейшие исследования? Скорее повод был более прозаическим: от внешнего мира ему требовались не слава и признание, но обеспечение возможности существовать.


Надо сказать, что в научном плане адресат был выбран исключительно удачно: трудно было бы найти другого математика в мире, который смог бы так быстро и эффективно сориентироваться в результатах Рамануджана. Очень скоро Харди понимает, что от него требуется не оценка результатов безвестного любителя или младшего коллеги, но спасение огромного дарования. Одновременно его не оставляет мысль, что Рамануджан сообщает лишь немногое из того, что знает, что он обладает очень общими результатами, приводя лишь частные иллюстрации. Но главное — он не может реконструировать метод Рамануджана, и ему не терпится узнать, каким путем двигался его удивительный корреспондент. Неожиданно Рамануджан твердо отказывается описывать свой метод. В письме от 27 февраля 1913 г.: «. . . Вы просите меня сообщить мои методы доказательств. . . Вот что я хочу Вам сказать: проверьте мои результаты, и если они совпадают с Вашими, то Вы должны, по крайней мере, согласиться с тем, что в моих основных рассуждениях имеется какое-то зерно истины».


Харди подозревает, что Рамануджан боится, что его методами могут воспользоваться, пытается рассеять опасения, но 17 апреля получает ответ: «Ваше последнее письмо причинило мне боль. . . Я нисколько не опасаюсь того, что мои методы будут использованы другими. Напротив, я работаю моими методами 8 лет и не нашел никого, кто бы понимал или оценил их. Как я уже писал в моем последнем письме, я нашел в Вас внимательного и понимающего друга и готов передать в Ваше полное распоряжение те немногие результаты, которыми я располагаю. Только в силу новизны моих методов я не решаюсь даже сейчас сообщить Вам мой путь вывода тех формул, которые я сообщил Вам в моих предыдущих письмах. . . ».


Для Харди не было сомнений: для Рамануджана необходимы контакты с настоящими математиками. Обеспечить в Индии это невозможно, и ему необходимо срочно перебраться в Англию. Удалось договориться о стипендии в Кембридже. Однако предстояло убедить в необходимости поездки самого Рамануджана, которого нынешнее положение вполне устраивало. К тому же против поездки категорически возражала мать, согласие которой было для сына обязательным. Друзья пытаются сформировать общественное мнение, активно действует кембриджский математик Невил, в начале 1914 г. посетивший Мадрас. Он обращается к ректору университета за поддержкой, но безуспешно.


То, что было не под силу ученым, легко осилила. . . богиня Намаккаль (согласно легенде, из ее уст во сне Рамануджан узнавал новые формулы). Мать увидела во сне сына, сидящего в большом зале в окружении европейцев, и богиня повелела не противиться отъезду. 17 марта 1914 г. Рамануджан отбыл в Англию. Он будет два года получать стипендию по 250 фунтов стерлингов в год. Из них 50 фунтов будет получать мать. По приезде вскоре стипендия была еще увеличена на 60 фунтов.


В Кембридже.


Рамануджану 27 лет. Лучшие годы для становления математика прожиты в Индии без контакта с серьезными учеными, без доступа к математической литературе. В разных странах, в разные времена человек ощущает себя сложившимся в разном возрасте. Для Индии начала века, с очень низкой продолжительностью жизни, 27 лет — возраст зрелого человека. Вдова Рамануджана вспоминала, что он любил составлять гороскопы, и его собственный гороскоп предсказывал ему смерть до достижения 35-летнего возраста.


Харди предстояло принять очень ответственное решение: надо ли прервать занятия Рамануджана с тем, чтобы он смог освоить современную математику? Выбор Харди был, по-видимому, единственно возможным: не менять стиля и направлений исследования Рамануджана, лишь по возможности корректируя их с учетом современной математики и стараясь объяснять новые вещи, обращая внимание на подходящую литературу. Харди писал:


«Его ум уже сложился, и он так и не стал ” ортодоксальным“ математиком. Однако он еще был способен учить новые вещи и делал это весьма хорошо. Было невозможно обучать его систематически, но мало-помалу он воспринимал новые точки зрения. В частности, он усвоил, что такое доказательство, и его поздние статьи, при том, что в некоторых отношениях они оставались необычными и индивидуальными, воспринимались как работы хорошо информированного математика. Однако его методы оставались по существу прежними».


Работает Рамануджан очень интенсивно и плодотворно. У него много общих интересов с Харди. Фантастическая интуиция Рамануджана, объединившись с рафинированной техникой Харди, дает замечательные плоды. К Рамануджану приходит признание: в 1918 г. он становится профессором университета в Кембридже; его выбирают в Королевское общество (английскую академию наук). Никогда прежде индус не удостаивался таких почестей.


Жилось Рамануджану непросто. Он строго следовал всем религиозным ограничениям, как и обещал родителям. В частности, он был вегетарианцем и был вынужден готовить себе сам. Он отказывался нарушать правила, даже когда тяжело заболел в 1917 г. Вероятно, нерегулярность в питании ускорила болезнь (так считал и сам Рамануджан, как вспоминала вдова). Оставшиеся два года в Англии Рамануджан провел в больницах и санаториях, вынужденный ослабить интенсивность занятий математикой.


Непросто было вписаться Рамануджану в кембриджскую жизнь, полную чуждых условностей и традиций. Природная вежливость, стремление не быть источником для дискомфорта окружающим, так присущие индийской культуре, помогали Рамануджану по крайней мере внешне приспособиться к университетской жизни.

Харди очень много делал для Рамануджана: следил за его занятиями, стремился восполнить пробелы в его образовании, заботился о его положении в обществе и быте. Рамануджан до последней минуты был полон трогательной признательности и любви к нему. . .


Возвращение и смерть.


Заболев, Рамануджан начинает думать о возвращении на родину. Лишь к началу 1919 г. его здоровье улучшилось настолько, чтобы совершить далекую поездку по морю. Ему было готово место в Мадрасском университете — слава его достигла Индии. Рамануджан пишет ректору благодарственное письмо, извиняется за то, что последнее время болезнь не давала возможности работать достаточно интенсивно. Но он так и не смог приступить к работе в университете. Жить на родине (и вообще жить) ему оставалось менее года. После трех месяцев в Мадрасе Рамануджан перебрался в Кумбаконам. В январе 1920 г. он посылает последнее письмо Харди, где сообщает о работе над новым классом тэта-функций. Ни врачи, ни родные не могут уговорить смертельно больного ученого прервать работу. 26 апреля 1920 г. Рамануджан умер. Ему еще не исполнилось 33 года.


Память.


Весть о смерти Рамануджана потрясла его друзей и в Индии, и в Англии. Они чувствовали свой долг разобраться в том удивительном явлении, каким был Рамануджан. Харди пишет: «Возможно, что великие дни формул окончились и Рамануджану следовало бы родиться на 100 лет раньше; но он был величайшим создателем формул своего времени».


Друзья и коллеги старались оценить место Рамануджана в современной математике. Они не сомневались в его удивительных способностях, фантастической красоте формул, но все сходились на том, что сам выбор сюжетов, которых настойчиво держался Рамануджан, не позволяет ему занять достойное место в истории математики.


Прошло более полувека, и сегодня мы отчетливо видим то, что не могли предвидеть Харди и его современники. Гений Рамануджана оказался созвучен не только прошлому, но и будущему математики. Арифметические формулы Рамануджана нередко оказывались ключевыми на новых этапах алгебраической теории чисел, и можно было только удивляться, как он смог увидеть их, не зная того, без чего их увидеть нельзя. А потом пришло возрождение интереса к конкретным явным формулам как внутри математики, так и в сфере ее приложений. Современная математическая и теоретическая физика обращаются порой к весьма абстрактным разделам математики, и при этом очень изысканные явные формулы играют важную роль. Вот два недавних примера, связанные с Рамануджаном.


Р. Бакстер, прославившийся построением точно решаемых моделей статистической механики, при исследовании модели «жесткого гексагона» неожиданно обнаружил, что постоянно имеет дело с тождествами Роджерса – Рамануджана (вставка 4 на с. 396) и Рамануджана.


Нобелевский лауреат С. Вайнберг недавно вспоминал, как, занимаясь в начале 70-х годов очень популярной сейчас теорией струн, он столкнулся с задачей об оценке функции разбиений p(n) для больших n. Выяснилось, что нужные формулы получили Харди и Рамануджан в 1918 г. (вставка 5 на с. 397)


Красота формул Рамануджана даровала им способность возрождаться при самых необычных обстоятельствах.


Отсюда: http://old.pskgu.ru/ebooks/gindikinpdf/g012.pdf

10
1

Пользуясь случаем, вот вам на вечер хороших песенок замечательной Кати Яшниковой, у которой, к слову, скоро концерты в Москве и Питере)

Екатерина Яшникова - Вернуться
5:10
Екатерина Яшникова - Гимн площадей
2:27
Екатерина Яшникова - Кастанеду Не Читай
3:16
Екатерина Яшникова - Облака (на стихи Бориса Рыжего)
3:15
Екатерина Яшникова - Ассоль (полная версия)
1:53
3
1

Попалось тут хорошее интервью с Фёдором Конюховым:

https://thequestion.ru/compilation/246/intervyu-s-russkim-puteshestvennikom-fedorom-konyukhovym?ssort=date&stype=questions


Замечательный, всё-таки, человечище :) По ссылке оформлено не очень удобно, по-этому ниже текстом:


> Как вы переживаете одиночество во время путешествий?


< Я путешествую уже 50 лет – большую часть времени в одиночестве. Когда я отправлялся в свои первые экспедиции, я был молод - и одиночество убивало меня, буквально разрывало изнутри. А сейчас я уже в таком возрасте, когда одиночество не убивает, а только помогает. Я не боюсь его, ведь я верю в Бога. Я знаю, что человек на нашей планете не бывает одинок. Людям надо объяснять, что придет время - и они тоже поймут, что нет одиночества. Всегда кто-то есть рядом - рыбы, птицы, животные, ветер, океан, горы. Это все живое. Если сказать, что люди одни во всей вселенной – это же с ума можно сойти!

Сложно описать словами, что я чувствовал в те моменты, когда 160 дней плыл один в лодке. Этого не объяснишь. Это как любовь – все чувствуют, но никто не может найти определения. Человек должен сам пройти через все - и через страх одиночества тоже. Но я точно знаю, что в эти моменты рядом со мной всегда кто-то присутствовал. Тот, кого я знаю, люблю, прошу - те святые, которым я молюсь.

Вот недавно мы совершили путешествие вокруг Земли на воздушном шаре "Мортон". Рано утром мы накачали воздух, и я первый раз увидел это шар, он был огромный и такой красивый. И когда я залез в гондолу, то посмотрел сверху на жену, детей и внуков, которые приехали провожать меня. Народу собралось много, все на меня смотрели. А я залез внутрь - и тут же почувствовал, что здесь Николай Чудотворец, Иисус Христос, Матерь Божья и мой дед Николай Конюхов, который был священномучеником. И тут же страх меня отпустил – при них просто неудобно вылезти с кабины! И тогда я свесился по пояс из гондолы и закричал: «Обрезай! Обрезай!». А все думали, что я буду махать на прощание, волноваться… Но я-то знаю, что возле меня Николай Чудотворец – и мне уже никто больше не нужен в этом полете. Но только в полете, а так я людей люблю.


> Как преодолеть свои страхи?


< Ко мне часто приходят с вопросом: «Вы что, ничего не боитесь?». А я всегда отвечаю: «Нет, я боюсь. Но надо уметь побеждать свой страх». Представьте человека, который ничего не боится! Он уже и не человек вовсе. Потому что мы остаемся людьми, только когда чувствуем боль, любовь, страх. Только тогда мы живем. Однажды надо мной проводили научный эксперимент: положили в ванну, наполненную желе, температуру которого подгоняют точно под ваше тело. И поставили везде датчики. Потом закрыли дверь и выключили свет. И я лежал в полной темноте, тишине и физическом комфорте - и это очень страшно. Человек очень быстро начинает сходить с ума, если он ничего не чувствует. Нам важно испытывать холод, жар, чувствовать ветер на лице, видеть яркий свет.

Чтобы ничего не бояться, я в молодости закалял себя. Для этого я спал на берегу моря, раз в неделю по 50 км пробегал, купался в Японском море и зимой, и летом. Еще в советское время стал заслуженным мастером спорта, а в юности специально ходил в тайгу один - мы жили на Дальнем Востоке. Я приезжал туда ночью, только с палаткой – вокруг темнота, звери и страх. Но я подбадривал себя: как же ты в одиночку пойдешь к Северному полюсу, если даже здесь боишься? Еще я всегда смотрел на своего отца. Он у меня был моряк, рыбак - красивый и сильный. Я всегда гордился им: у него были такие мышцы, он был такой смелый. Мне казалось, папа ничего не боится, он может преодолеть любой шторм. Он заходил в мою комнату, а от него пахло рыбой, морем, смолой. Он умер в 99 лет. Мне хотелось быть на него похожим. А сейчас вы меня, конечно, в спортзале не увидите. Сейчас я только молюсь и пощусь. С возрастом я понял, что тренировать нужно не тело, а дух. Как в Святом писании сказано: если ты находишь здесь телом, а не находишься духом, то сие бесполезно.


> Какие открытия о мире вы сделали благодаря своим путешествиям?


< Однажды, в 1992 году, шли мы с альпинистом Женей Виноградским на Эверест. Это был первый раз, когда я стоял на Эвересте – и первая российская экспедиция. Долго шли по тропам – с высоты 2100 метров начали, а подняться нужно до 5300. И вот уже неделю идем, спешить нам некуда – в руках только рюкзаки и спальники, а остальное везут носильщики на яках. Вдруг видим – ущелье, а в нем живет отшельник в пещере. Зашли к нему, сели рядом, чай пьем и разговариваем по-английски. Он расспрашивает нас, куда мы идем. Мы рассказали, что хотим подняться на Сагарматху (так у них Эверест называется). И он улыбается в ответ: «А я там уже был». Мы с Виноградским были поражены: как был? Да у него ножки как зубочистки, куда он может подняться! Оказывается, он там был… духом! Ему не нужно туда подниматься ногами! Это нам надо прийти, поставить флаг, передать по рации, сфотографироваться. Нам непременно нужно доказать, что мы свое тело на Эверест подняли.

Но, понимаете, парадокс в том, что когда я поднялся первый раз на Эверест, я ничего для себя нового в жизни не открыл. Ничего! Я стоял на вершине, смотрел на горы вокруг с полным ощущением, что я здесь уже был. Почему? Потому что я готовился подняться на Эверест 19 лет. Я побывал на Памире, на Пике Коммунизма, на других вершинах, но все это было лишь подготовкой к главному восхождению. Любой альпинист знает, что нельзя закончить карьеру, не побывав на Эвересте. Это самый главный наш символ. Почти 20 лет я читал о нем книги, разговаривал с другими альпинистами, откладывал деньги. Иногда среди ночи просыпался и думал: а как я буду идти на Эверест? Поэтому к моменту восхождения я уже созрел духовно, мне оставалось только доказать себе, что я могу пройти этот путь физически.

То же самое было, когда я шел на яхте в первый раз через Мыс Горн. Это самый сложный путь - там кладбище кораблей, всегда ужасные шторма, ураганы. И я пошел туда в одиночку с 1990 на 1991 год, ровно 31 декабря переходил. Был сильный шторм, а когда он стих, я вышел на палубу и начал фотографировать. У меня тогда был фотоаппарат «Зенит». И вдруг вижу вдали еле-еле скалу мыса – то, ради чего я так долго шел. И понимаю, что я все это уже знаю, уже видел. Мой дух здесь уже был.


> Какие советы вы дали бы человеку, который хочет стать путешественником?


< Я помню, как еще в 1972 году начал заниматься яхтами и пришел в крейсерский клуб к своему учителю Юрию Михайловичу Куликову. Я сказал ему: «Хочу пойти в одиночку через Мыс Горн, а надо мной все смеются, потому что у нас Советский Союз, и никто меня никуда не пустит». А он мне тогда сказал: «Федя, ты занимайся, готовься и жди. Рано или поздно железные двери приоткроются, а ты уже будешь стоять наготове – и как только увидишь щель, сразу в нее ныряй». Я тогда подумал, что слишком долго нужно ждать, не пойду же я в кругосветное плавание стариком! Кто же думал тогда, что Союз развалится? Но Куликов оказался прав - как только Горбачев пришел, и двери приоткрылись, я тут же выехал в Австралию, купил яхту и ушел в плавание. Первый раз я увидел Мыс Горн 31 декабря 1990 года.

Молодым людям надо уметь ставить цель и долго к ней стремиться. Ко мне сегодня приходил молодой человек и говорит: «Я знаю, что вы хотите по Амазонке сплавляться (а я действительно собираюсь построить папирусный плот и сплавиться до самого устья реки), можно попасть с вашу команду?». И я ему отвечаю, что мы пойдем через 5 лет, а пока готовимся. Но ему показалось, что это очень долго – и он ушел. Другой приходит и рассказывает, что ушел из института, потому что учеба мешает ему путешествовать. Третий говорит, что ему жена не разрешает. Я тогда сразу понимаю, что эти люди путешественниками не станут. Чтобы стать путешественником, нужно быть образованным, много учиться. Чтобы стать путешественником, надо готовиться – духовно и физически. Морально нужно созреть.

Всем почему-то кажется, что для того, чтобы совершить кругосветное путешествие, нужно быть сильным и смелым. А на самом деле, нужно быть умным и терпеливым. Вот англичанин прошел за 273 дней через Тихий океан, а я - за 160. Почему? Потому что у меня лодка лучше, я время точно рассчитал и знал каждое течение, каждый поворот. В другой раз я француза побил в Атлантике, когда ему было 28 лет, а мне уже 50. Он прошел маршрут за 58 дней, а я - за 46. Почему? Пока он тренировался физически, а я взял и 16 раз на яхте прошел через Атлантический океан. Туда-сюда. На это ушли годы, но зато я изучил эти воды так, что мог экономить силы благодаря течениям. Я работал по 15-18 часов в день, а он только по 11, потому что выматывался так, что руки больше не работали. Нужно понять: если путешествие тебя слишком захватывает, ты не будешь хорошим путешественником.


> Какой совет вы бы дали будущему поколению?


< Ты никогда не будешь нравиться ВСЕМ. Я недавно прочитал статью о том, что в мире с тобой всегда будут несогласны 20% людей. И это еще повезет, если остальные 80% тебя любят и принимают. Какие бы рекорды ты не ставил, всегда найдутся противники. Я часто слышу: зачем вы это все делаете? Кому это нужно? А я считаю, что художник, поэт, писатель, корреспондент, ученый, путешественник должен не идти за толпой, а вести ее за собой. Мы должны ненавязчиво направлять людей и образовывать их. Если ты художник, ты должен работать не для того, чтобы ублажить заказчика, ты должен делать искусство. Благодаря твоим картинам, путешествиям, статьям хотя бы кто-то должен немного вырасти или хотя бы задуматься.

Посмотрите на газеты. Я раньше так любил «Комсомольскую правду», а теперь вижу, что ее даже в метро читать неприлично. Потому что газета пошла за обывателем. Они думали, что ублажат своего читателя, показав ему обнаженную девушку и котиков, а все получилось наоборот. Тиражи падают, потому что читателю не нужна газета, в которой написано то, что он и так знает. Он читает «чернуху» один день, второй день, а на третий газету не откроет.

Когда я делаю свои художественные выставки, я жду, что посетители будут спорить, ругать, хвалить, называть мои работы гениальными и бездарными. Я хочу, чтобы мои картины вызывали у них настоящие чувства. Самое страшное – равнодушие. Человек должен каждый день делать для себя открытия. Иначе ради чего мы не спим ночами?


> Вы верите в Бога?


< Нам необходимо во что-то верить. Говорят, в мире всего 5% неверующих, но я даже не знаю, что это за люди. Не может быть, чтобы человек ни во что не верил. Просто каждый выбирает свое. Вот мы при советской власти верили в коммунизм, в Ленина, в партию. Кто-то верит в политическую систему, кто-то - в деньги, кто-то – в маму и папу. А я верю в Бога. И всегда верил. Когда я был маленький, еще в 60-е, моя учительница Мария Васильевна как-то сказала на уроке: «Бога нет». А я ей ответил: «Мария Васильевна, вот вы говорите, что Бога нет, а хотите при этом, чтобы мы любили Пушкина, Лермонтова, Достоевского, Толстого. А ведь они все верующие были». И она меня выгнала из класса. Сказала: «Федя, не дерзи!». Я вышел из класса, иду по берегу моря (мы в рыбацкой деревне жили) и думаю: «Мария Васильевна хорошая у нас учительница, но она же не умнее Пушкина, Лермонтова, Толстого и Гоголя?».


> Куда бы вы хотели отправиться в свое следующее путешествие?


< Сейчас я готовлюсь подняться в стратосферу. Я мечтал об этом с детства, с тех пор, как в космос полетел Юрий Гагарин. Я помню тот день: мне было 10 лет, я шел со школы - и все так радовались, так мечтали тоже стать космонавтами. Даже девочки нам завидовали, пока через два года в космос не полетела Валентина Терешкова. Но я вырос в рыбацкой деревне, где не мог получить полноценного образования. Потом я вырос, стал интересоваться этой темой, полюбил Циолковского, Королева, Гагарина. Прошли годы, я побывал везде - на Северном и Южном полюсе, поднялся на все высочайшие вершины – но осталась мечта увидеть сверху, как наша планета Земля изгибается. Хочу увидеть черное-черное небо.

Это стало просто навязчивой идеей. Недавно я позвонил Валентине Владимировне Терешковой и спросил, на какой высоте уже видно космос. Она сказала, что можно подняться на 18-19 тысяч км. И теперь я готовлю экспедицию, чтобы подняться в стратосферу. Но кто даст мне денег просто на мечту? Поэтому я взял научный проект – ученые придумали, как можно восстанавливать озоновые дыры, и я попробую это сделать специальным прибором. Понятное дело, что я там ничего не заштопаю, но зато покажу всему миру, что такие приборы существуют. Может быть, даже найдутся спонсоры, которые дадут ученым деньги на развитие этих технологий – и через 30-50 лет мы сможем восстановить все озоновые дыры. А иначе кто узнает об этих экспериментах? Ученые «варятся» в своем мире, публикуются в научных журналах, которые никто их не читает. А если я полечу, журналисты напишут, что Конюхов поехал штопать озоновые дыры. А я свою мечту заодно исполню.


> Как найти спонсоров, чтобы отправиться в странствия?


< Когда я прихожу к спонсорам представлять свой новый проект, а они отказываются его финансировать, я никогда не обижаюсь. Я думаю: значит, неправильно зашел, или не к тем людям, или неправильно его преподнес. Ты всегда должен понимать, что твое путешествие еще кому-то нужно, кроме тебя – спонсорам, рекламодателям, науке.

Сегодня в нашей стране приоритеты немного сместились. Спонсоры говорят: «Федор Филиппович, индийцы и японцы нам не конкуренты, вот если бы вы американский рекорд побили…». За победу над американцами они готовы платить. Но это понятно – людям нужны громкие победы. Представьте, что вы приходите на футбольный матч «Спартак – Пермь» - будет вам интересно? Скукотища полная. А вот если бы наши играли с французами!

Конечно, во мне тоже живет дух соревнования, как и в любом спортсмене. Когда мы летели на воздушном шаре, у меня не было даже мысли, что упаду. Я летел и думал: «Если разобьюсь, мои близкие будут за меня переживать, будут плакать, а вот иностранцы скажут, что русский полетел на шаре, но не смог». И я не могу этого допустить. Я хочу, чтобы они сказали: «Русский смог!». За Россию надо постараться.


> Согласны ли вы с тем, что человек наносит вред природе?


< Конечно, я переживаю по этому поводу и надеюсь, что люди когда-нибудь образумятся. Я даже состою в программе "Очистим планету от полиэтилена". Я знаю, что в Китае уже придумали пластик с крахмалом, который разлагается в воде. Надеюсь, его скоро начнут везде использовать. Если бы вы только знали, сколько пластика в океане! И в джунглях - в Африке, в Бразилии - все леса забиты пластиком. Даже в степях Калмыкии я видел этот пластик! Конечно, так всегда было, но в последние годы я стал замечать все больше. Теперь около Тайваня и Китая целые острова из отходов. Это очень плохо для морских жителей, особенно для китов. Полиэтилен попадает им в пасть и заставляет задыхаться. Мы так любим китов, но убиваем их! Но, понимаете, человек должен не с природой быть в гармоничных отношениях, а с Богом. Природа - леса, горы, моря - подвластна богу так же, как и человек. Если человек нашел гармонию с божественным, то и с природой ему не придется бороться.

2
1
Все вопросы

Последние вопросы

Все ответы

Последние ответы

Альбомы
Сергей Попов
1
49
Роман Михайлов
13
204
Екатерина Яшникова - Ассоль (полная версия)
1:53
Екатерина Яшникова - Облака (на стихи Бориса Рыжего)
3:15
× Пришло новое сообщение