Творчество. Индивидуальность. Будущее.

Присоединиться

Узнать больше

Наверх
Войти
Давно уже, с месяц назад, Ольга Звоздецкая написала о странных снах. https://galactikka.com/news-5960e66cbd0470dc398b4572

Недавно, проснувшись от этого сна, я записала его и отметила в

в своей памяти как самый странный.


Там я была солдатом, дико уставшим от войны. От вечной грязи, нестираной одежды, от дрянной еды и мерзкого ощущения насекомых, бегающих по телу. Я стрелял в людей. Не потому, что я был злой. Просто мне так приказывали. А чувств к противнику не было никаких . Вообще ничего не чувствовала, кроме отупляющей усталости.

И - да, во сне я была мужчиной. Понимала, что непривычно думать о себе в мужском роде, но во сне не удивлялась.

Я шел по лесу и, кажется, немного ушёл в сторону от остального отряда. Вдруг на просёлочной дороге я увидел детей. Девочка постарше, лет 12-ти, тащила в руке узел с вещами, а за другую её руку цеплялся малыш лет трех. Еще пара детей, примерно 5-7 лет, шли следом.

Я поднял автомат, чтобы выстрелить. Даже не знаю сейчас - то ли в детей, то ли подать сигнал. Но внезапно понял - поняла - что эта старшая девчушка моя бабушка. Той меня, что спит в 2017-м в постели.

Я замер в придорожной высокой траве. Помню их одежду, на старшей желто-серое платье, а сверху темное, из грубой ткани. Младшая закутана в платок, так, по деревенски, когда и голова, и шея, и плечи немного закрыты.

Дети прошли мимо, не заметив меня.

Потом я посмотрел на свою форму - справа на груди раскинул крылья пыльный орёл. И я проснулась.

17
Показать все 4 комментария
Zangada, сюжет, может, и хорош. Но меня больше всего потрясло, потом, после пробуждения, - отсутствие удивления. Я мужик? Ну ок. Я типа в прошлом? Ну лан. Это там моя бабушка идёт, маленькая? Пусть идёт. Я чувствую, как сплю, чувствую подушку и теплоту одеяла — и одновременно колючую траву, ветер, и то, как одежда прилипла к моему потному и пыльному от жары телу. Ну и что.
Этакий чисто наблюдательный разум.
Мне понравилось.
Судя по всему, это не первый странный сон.
Дина, в каком-то фильме или книге, это наверно было бы аргументированно тем, что ты увидела свою прошлую жизнь, в которой ты чуть не лишила себя возможности следующей)

Диалоги на тетрадных полях. Ночная охота и Заклинатель аистов 

 Анна Быстрова / vk.com/sauchka


Феликс живёт в доме, похожем на измятую картонную коробку. Дом очень подходит Феликсовым кошачьим повадкам и даже немного — Феликсовым глазам, похожим на жёлто-зелёный камень хризолит. Феликс выращивает на открытом балконе с витыми перилами, так неловко смотрящимися на картонной стене, целый маленький садик, всё вокруг увито зеленью и восхитительно пахнет травами — цветов-то здесь почти и нет. Феликс — самый лучший в мире заклинатель аистов, хотя Алек про других только слышал, но зато Руэрга — крупный специалист в данной сфере, ему точно можно доверять. Если уж говорит, что Феликс — лучший, значит, так оно и есть.

И сейчас они сидят на этом самом балконе и пьют чай. Ну то есть Алек допивает, а Феликс-то заваривает новую порцию, покачивает удивительно длинноносый чайник в руках, чтобы горячие камешки, обкатанные...

Показать полностью
10
2
Из окна моей кухни видно главную площадь города. Каждое утро, когда я пью кофе перед работой, я смотрю на памятник в её центре. Взявшись за руки, там уже с полвека стоят пионеры. Один из них, с горном, смотрит как раз в моё окно. Совсем недавно в городе опять стреляли, и по пионерам прошлась автоматная очередь.

А наутро трещины были заклеены пластырем с ярким рисунком. Дико и нелепо смотрелись разноцветные прямоугольнички на каменных детских фигурах. Настолько несуразно, что вскоре это обсуждали на местном форуме в интернете. Потом написали газеты - с "той" и "этой" стороны, и единогласно обозвали осквернением. Пластыри были содраны городскими службами. Но через пару дней, когда патрули прекратили кружить по главной площади, цветной лейкопластырь вновь заклеил "ранки" пионеров. Этот круговорот повторяется уже месяц.

Сегодня на работе в обеденный перерыв разговор вновь зашёл о памятнике. Потому что о войне говорить страшно, о воющих - опасно. Вот и заспорили мои коллеги - это подростки маются дурью, или чья-то тайная идеологическая атака?

— Глупо так себя вести в неспокойное время! И вообще, снесут этот памятник скоро, как пить дать. — заявила Ольга Львовна, администратор торгового зала.

А я подумала, что она, судя по возрасту, сама была пионером. Когда мир свернул не туда, и дети большой страны стали стрелять друг в друга?

Пью чай, а разговор продолжается.

— Нет чтоб эту энергию, да в другое русло направить! Бестолковые. Тут рабочих рук не хватает, опять вон с электричеством перебои.

Это Ирина, ждущая вестей от воюющего мужа. Часто приходит на работу заплаканная.

Разговор перешел на бытовые проблемы - перебои с водой, связью, работающее с помехами телевидение. Вопросы о родственниках все обходили стороной.

Вечером, после смены, я ужинаю и смотрю на стремительно пустующую площадь. Потом одеваю толстовку, поглубже натягиваю капюшон и иду туда, к пионерам.

Это бестолково, да. Так же бестолково, как присоединяться к той или другой воюющей стороне. И там и там у меня есть родственники и друзья.

Это глупо, точно. Лечить камень так же глупо, как стрелять в живых людей. То есть - ничуть не глупее всего, что творится вокруг.

Выщербины на камне не заживут, братство народов не вернётся.

Но.. Я вижу на пионерах, только сегодня утром очищенных дворниками, приклеенные кем-то кусочки лейкопластыря. Значит, кто-то ещё видит смысл в этой глупости. Достаю из кармана коробочку - за месяц использования в ней, конечно, мало осталось, но несколько штук всё же есть.

Труби, пионер, труби.

Время наклеивать пластырь.

30
2
Показать все 17 комментариев
Дина, ну 2014 это жаркий год... а дальше вот так и живем .. третий год в изоляции, в экономической блокаде со стороны Украины, с комендантским часом. С таможней между Л и Д (это вообще нонсенс!). Да много тут чего забавного, только не очень от этого смешно.
Zangada, есть много "но", которые пока не позволяют переезд.((
Дина, привыкнуть к такому не возможно. Живут большинство от того, что нет выбора. Уезжали люди и в Россию и в Украину. Большинство возвращаются. Если тебе 20 лет и ничего не имеешь за плечами, то всё равно где начинать. А если построишь дом, вырастишь сад, имеешь семью, работу, друзей, свой мир, то как же трудно потом всё снова. Да и не нужны мы нигде. Это по началу вроде бы помогают беженцам, а дальше? Разве есть за что жильё купить да ещё в регионе где работа имеется? А поселиться в глуши и прозябать в нищете кому охота? Гражданство в России не так просто получить. В Украине, в большинстве, к переселенцам плохо относятся. Некоторые мои знакомые вернулись из-за того, что на работу не берут. Хорошо если есть родня, которая поможет устроиться, но не у всех она есть. К тому же мужчин берут в армию по родным городам стрелять. Многие из-за этого не едут в Украину. Из всех моих знакомых, прижились в других местах только 5 семей. Все они имели хорошую родню или недвижимость в России, в Крыму.

Умение любить 

 Лиза Семченкова | vk.com/id142529323


Над её чашкой порхало облако сливок, которые она осторожно подцепляла маленькой чайной ложечкой. В этом придорожном кафе был самый вкусный латте на её памяти, поэтому она чуть ли не каждый день тащилась сюда через весь город, не собираясь дуться на пробки на дорогах и другие неудачи, подстерегающие её на пути.

Это кафе было лучшим, по её мнению, не только из-за латте или лучшего друга, который здесь работал, дело в том, что «счастливое мгновение» находилось в приятной близости к пруду. Когда посетителям надоедало сидеть и смотреть на безумно красивые сосны, создающие спасительный тенек, они делали вылазку на пруд и могли часами сидеть в качелях и гамаках, допивая свой кофе, доедая пирожные или просто болтая о какой-то ерунде.

– Ещё что-нибудь желаете? – приятная девушка подошла к нашей героине.
– Да… Можете угостить во-о-он ту...

Показать полностью
15
2

Легенда о вампирах


– Ты никогда не задумывалась над тем, почему из людей получаются вампиры, а вампиры в людей обратиться назад не могут? Раз вампирам присуща такая жестокость и хладнокровие, то, возможно, это то, что изначально заложено в людях?

Давно это было – люди и не помнят, а некоторые из кровопийц могут рассказывать, как легенду. Но те события произошли на самом деле, и отряд единомышленников под предводительством Дейнера искали святилище Мансума. В те времена капищ Богов-Предков было не так много – лишь в местах проявлениях их силы и воли. Благосклонная Лелейла, будучи более сговорчивой Матерью рода человеческого, отказала в просьбе амбициозного Дейнера. Она сказала, что его прошение дерзко и невозможно для общего баланса. Мать, готовая всегда исцелить и помочь своему дитя, никогда не пойдет ему во вред, поэтому человек должен оставить свои безумные помыслы.

Но Дейнер не оставил. И принялся искать место поклонения Отца людского – более сурового...

Показать полностью

Каким бы прекрасным ни казался тебе этот котёнок, ни в коем случае не прикасайся к нему, не смотри подолгу в эти притягивающие к себе печальной нежностью и лаской глаза. Только прикоснувшись к этой мягкой шёрстке, ты услышишь сказочный

хрустальный звон. Поверь, тебя обманывает твой слух. Беги при первом же таком звуке.

Если же ты не послушаешь доброго совета и поглаживаешь котёнка, то ты пропал, совсем пропал. Котёнок упал на спинку и приглашает тебя к игре. Ты почёсываешь ему животик и слышишь изредка звук порванных струн. Это неприятный звук. Ты бы понял об том в тишине, но урчание котёнка превращает этот звук в музыку. Котёнок, пряча коготки в мягких подушечках лап, начинает с тобой играть. И ты ведёшься на эту игру. Ведь ты не послушал совета.

В игре ты понимаешь, что пошло что-то не так. Ты понимаешь это сам. Но ты в азарте игры. Ты видишь, что скрежет струн становится всё неприятней. Эти струны уже рвутся, как цепи. При этом лапки котёнка растут, становятся более хищными. Твои руки в царапинах. Эти царапины кровоточат. 

К тебе приходит первая мысль, что ты зря не слушал совета. Ты отбрасываешь её, будучи уверен, что справишься сам. Но не тут то было. Кот увеличился до размеров пантеры. Нет он не кровожаден. Он всё так же играет, но ты понимаешь, что, если ты не поддашься его движениям, это мягкое кошачье тело просто сломает тебе руку. И вот ты на поводу этих ласковых глаз. Лязг рвущейся цепи пугает тебя, и ты становишься послушен.

Тебе нужна помощь? Что ж. Теперь обещай не мешать мне. Просто смотри и не мешай.

Я умело перевожу игру на себя. Обманным шагом заманиваю кота в прозрачную клеть. Почему прозрачную? Для того, чтобы ты всё видел. В какой-то миг я выпрыгиваю из клети, и дверь в неё закрывается. В твоих глазах я вижу облегчение.

Поверь, это ещё не победа. Победа даётся в жёсткой борьбе чувств.

Котёнок. Да, ты теперь понимаешь, что это всего лишь котенок, когда он жалобно и протяжно замяукал. Его глаза, приковывающие жалостью, смотрят на тебя. И ты порываешься помешать происходящему. Стой, что бы ты ни увидел, что бы сейчас ни случилось.

Цепи, змеевидно извиваясь, скользят по телу кота, сжимая его, заставляя корчиться и жалобно мяукать. Вскоре кот становится стальным - так сильно захватывает его цепь, заставляя уменьшаться в размерах. Этот жалобный крик вызывает в тебе ненависть ко мне. Уж лучше ты будешь ненавидеть меня. Не себя.

По мере уменьшения кота, цепи превращаются в крупные басовые струны. Они движутся по телу кота, уменьшая и формируя тело котёнка. Вот струны становятся всё меньше и меньше, а потом и вовсе исчезают в мягкой шёрстке котёнка, который неторопливо мурлыкая, начинает вылизываться. 

Правда милая картинка? Ты на меня до сих пор сердишься? Нет? Тогда откроем клеть.

Не бойся милого котёнка. Просто проходи мимо, спокойно принимая то, что котёнок трётся около твоих ног. Он просто просит еду.

Брось корм в тарелку, налей воды и иди по своим делам. Котёнок привыкнет.

Причинно-последственное


Сентябрь. Лужи. Листья. Запах. Мальчик пинает с собой в сторону школы камушек. Камушек отвечает тем же, действием равен противодействию, – тянет мальчика в школу, интересует его собой всю дорогу.


Мальчик дойдет до первого школьного туалета, судорожно выдует из носа маленький Ниагарский водопад и пойдет падать куда-нибудь подальше от окна: озноб – не шутка.


Мальчик вырастет, попробует посвятить этому дождливому утру два-три корявых стихотворения, три-четыре простеньких мелодии, пять-шесть кривых рисунков, все сожжет, порвет, забудет, накачает себе турником килограмм десять вескости и медлительности в движениях, поймет квадратные уравнения, потом поймет производные… Доставшееся от мамы пониженное атмосферное давление будет пару раз в месяц лишать его всех накопленных преимуществ и давать взамен пару часов апатии, легкой светлеющей по краям грусти и смутного сожаления, что «любовь» с «кровью» уже не срифмуешь, большего не сдалось, а значит, нужно начинать обуздывать себя чем-то еще. Мальчик либо справится и вырастет, либо взорвется. И хорошо, если, сгорая, осветит свой путь тому, кто будет смотреть на его полет.


Но пока осень, лужи специально созданы, чтобы тушить окурки и остужать хотя бы ноги горячих голов, а твердый и причудливо расчесанный ледниками кусочек скалы как нарочно льнет к ботинку мальчика, чтобы он увлекся гравитацией и дошел сегодня до школы.

Приближающийся рассвет торопил её. Она нашла нужную траву. Торопливо обдирая кожу на пальцах, собирала жёсткие засохшие стебли впрок. Запас травы иссяк, так как трава уходила всё дальше от её пристанища. 

Наспех завязав мешок на ходу и закидывая его на плечо, она побежала. Её гнал не страх опоздать. Её гнало желание испытать это вновь и вновь. Это – ставшее смыслом её жизни.

Подходя к пристанищу, она увидела силуэты встревоженных людей и одобрительно-успокаивающе кивнула им на ходу.

Она не забежала, а влетела в проём двери, достала нужную траву, скинула дождевик и присела у очага. Тут всё было готово. Осталось только чиркнуть спичкой. Да. Трава. Вот она. Чуть левее сухого крылышка летучей мыши.

Огонь тоже спешил. Он боязливо обошел все нужные ингредиенты, словно пересчитал их, и вспыхнул ослепительно-ярким пламенем. 

Из пристанища-хижины во все щели брызнул свет. Для людей эта хижина потеряла очертания. Свет поглотил её, увеличиваясь до размеров холодного голубого шара.

Это видели люди, что были ослеплены светом.

А что же она? Она вздохнула, улыбнулась и нащупала бубен. Пальцы привычно обошли дробью полукруг и ударили гулко и протяжно. 

Удар. Ещё удар. Свет пошёл яркими всполохами. Он бился, словно на привязи. Бился, больно ранив себя, и всплески алого огня жалобно падали к её ногам. 

И она запела, тихо, радостно отпуская огонь от себя. И свет от огня стал подниматься сквозь худую крышу пристанища. Она пела, пока он не вышел весь.

Она закрыла глаза. То был краткий сон. Он длился для неё лишь миг. Сколько он длился для тех, кто был там, за стеной, она не знала.

Прервав этот сон, твёрдым усилием она встала и покинула хижину. 

Никого не было рядом. Для неё это привычно, но тревога поселилась внутри. 

Она вернулась и собрала мешок. Эти сборы означали, что уверенность уходит от неё. Или уходит что-то другое. 

Привычным шагом она двинулась в самую гущу чащи. Ведь свет рождается только в самом тёмном месте. Там она впитывала составляющие света. И что это были за составляющие, знала только она одна.

Придёт время, и она выйдет из чащи.



На этот раз она не опаздывала. Она шла уверенным шагом. Казалось, все кочки и ухабы почтительно расступались перед её поступью.

Но что же это? Только она стала различать в темноте силуэт хижины, как чужой свет просочился сквозь щели и скрыл собой пристанище. 

Она впервые видела это со стороны, и очарование этой здешней красотой остановило её.

Не веря до конца происходящему, она пошла на этот чужой свет.

Люди держали, не пропускали её. Люди стали сдирать с неё одежду, вырывали из рук мешок.

Мешок – это всё, что у неё было.

Она рванула мешок на себя, упала и поползла в темноту. Люди боялись темноту и остановились.

Зато она узнала, что такое слёзы. Это была другая энергия. Эта энергия тоже была сильной, как и огонь, который она держала в себе. Вытерев слёзы, она встала и пошла от людей.

Мешок был с ней, а это было главное. Слёзы успокоили её, и она шла. Шла в темноту, не отдав света.

Время пришло, но ей некуда было идти.

Огонь просился наружу, но она не видела двери, которая даст ему выход.

Идти было тяжело. И не только от тяжести того, что она несла.

Тяжело потому, что она подходила к тому месту, к которому шла. Усталость должна была обозначить место.

И она нашла это место. Это был огромный плоский камень. Она дошла до его центра, и силы оставили её.

Силы, что дают идти.

Она открыла мешок и принялась в тщательном порядке раскладывать его содержимое. Это отвлекало её от рвущей на части сущности.

Вздохнув, она взяла спички. Впервые она делала это без поддержки людей.

Но медлить она уже не могла. Если она не сделает это, огонь убьет её и уйдёт под землю. Смерти она не боялась. Она не могла умереть, не придав огню правильное направление.

Огонь привычно побежал, пересчитывая ингредиенты, и вспыхнул.

Огонь ничто не держало. Не было пусть и худых, но стен.

Поэтому огонь пошёл длинными испуганными всплесками. Так бывает, когда ошарашен своей силой, когда не успел привыкнуть к

ней.

Но это имело свои плюсы. Огонь с самого рождения ничего не сдерживало.

А испуг ушёл вместе с порядком. Этот порядок задавали удары её ладонями по камню. Они были тихими, успокаивающими, и огонь их услышал. Тревожные всполохи огня сменились ровным пламенем. Это пламя укрепилось в силе и опыте и ждало.

И она запела.

Огонь свернулся калачиком у её ног, словно огненный кот, изредка помахивая огненным хвостом.

Кот терял свои очертания, но всё так же лежал у её ног.

И они поднялись вместе.

Она не знала, что лес, люди остались далеко внизу. Она видела вокруг себя привычный огонь, и свет от него был управляем ею.

Она поняла, что ей теперь не выйти из огня, и это её устраивало.

Люди, что были далеко внизу, изредка смотрели в её сторону, жмурясь и прикрывая рукой глаза. Огонь слепил их, не давая её увидеть. Огонь её защищал и нёс всё дальше.

Люди в своём неведении назвали этот огонь солнцем.

The Script - Flares | Music Video (Lyrics)
3:50

Звезды и доски

Он, говорят, ездил в другой город – дня на три. Что бродил как безумный все это время почти без пауз на сон и еду – этим уже не удивить никого из знакомых. Что привёз с собой оттуда только пару жидких унций мозолей на ногах да воды на донышке бутылки – все привыкли. Но то, что на единственном сделанном им снимке красовалась совершенно съеденная ночью и от того какая-то зловещая скамейка в форме пятиконечной звезды – никому не удавалось услышать убедительное объяснение.


А он просто шёл по улице, увидел неординарный пережиток коммунизма и присел, не очень, может, благоговейное отношение к собственной истории показывая приложенной к скамейке частью тела. И так вышло – разумеется, вышло именно так, – что предмет уличного благоустройства давным-давно функционировал как пентаграмма.


Призванный демон оказался подозрительно спокойным и вежливым: то ли вызывали часто, то ли несколько веков не ходил на обязательные медосмотры. Просьбу о достойном выражении себя в мир за, может, на четверть души договоримся – выслушал терпеливо, вежливо посмеялся, потом отошёл закрыть бюро призыва на обед и приступил ко вселению. Он не обольщался на свой счёт: крыса канцелярская с рогами и репутацией, да и только, но вот все шансы на реализацию у этого человека и без того имелись, а устроить себе маленький отпуск в пару земных лет в роскошных апартаментах размером с целую четверть широкой души – хотелось.


Он не напоминал о себе совсем, сидел тихо и восторженно смотрел на мир под руками и ногами своего щедрого хозяина. Разве – изредка попинывал волю к жизни или там воровал сахар в кровь из сосудов прохожих. На память о том, что он вообще существует и однажды решит исчезнуть, осталась только фотография уходящих в темноту контуров коммунистской звезды.

14

Ночные видения 

Black Heart | vk.com/kingdom_of_tears


"Вся наша жизнь умещается в промежутке между волчьей лапой и снегом. Жизнь свободная, вольная, ненасытная, пламенеющая всеми красками зари". "Наши судьбы — трещины на подушечках их лап, а узор всего танца земного — узор инея в их шерсти". "Мир накрыт волчьей лапой, а звезды — лишь просветы и жилы их силы безбрежной". "Пока есть холод, пока есть морозные волки... есть мы".Так пели скальды. Так гласили волхвы и шаманы. Так слагали легенды менестрели. Когда-то.

Когда-то и мир был покрыт Мировыми Льдами, а единственным людским приютом был Горный двор. Когда-то и птицы не пели человеку, а нападали на него, лишь завидев. Но это все — не те истории, чтобы рассказывать их здесь. Вы хотите услышать что-то поближе к нынешним временам. Пожалуй, у меня есть кое-что.

Я встретил его поздно ночью, когда из леса по правое крыло кричали призрачные...

Показать полностью
15
1
Зарегистрируйтесь, чтобы увидеть больше интересных записей
× Пришло новое сообщение