Проведен 118 141 розыгрыш
Следующий через 6 минут

Последние победители



Мой мистический роман "Паутина". №1

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Дом

1
Это поистине огромное здание соединило в себе все, что мы знаем о жизни и смерти. Оно – сама жизнь. ДОМ. Его холодные стены можно потрогать, в его узких бесконечных коридорах можно легко заблудиться, а в глазах его обитателей увидеть то, что мы называем своим существованием. ДОМ – сама смерть. Одному Богу известно, сколько веков он стоит на этом месте, не боясь ни ветра, ни дождя, ни самого страшного разрушителя – времени. Он один из миллионов ему подобных – мрачных, безмолвных, вечных.
Давайте же приблизимся и хорошенько рассмотрим здание. Оно имеет форму прямоугольника, длинная сторона которого тянется на четверть километра. Толстые каменные стены надежно защищают от ветра, однако имеют удивительное свойство пропускать свет, что весьма кстати, так как во всем доме нет ни одного окна. Высота здания не более двадцати метров, если не считать пяти башен, расположенных на плоской крыше – четыре по углам, одна, деревянная, в центре.
Показать полностью
Только в ней есть окна, да и то закрытые ставнями.
Давайте осторожно, как мышь, прошмыгнем в щель под массивными, обитыми железом воротами, и проникнем внутрь дома. Мы в небольшой пустой комнате, освещаемой факелом, прямо перед нами дверь, к которой канцелярскими кнопками прикреплен кусок ватмана с надписью: «ВХОДИ, ИБО ТЫ НУЖЕН БОГУ». Разумеется, это приглашение относится не к нам, но сделаем вид, что не поняли этого, и повернем бронзовую ручку двери.
2
За ней оказывается широкий коридор, оканчивающийся еще двумя дверьми (справа и слева) и винтовыми лестницами рядом с ними. Мы поворачиваем влево и, медленно двигаясь по каменным ступеням, поднимаемся вверх. Двери на каждом этаже одинаковые (на втором мы слышим за ними чьи-то шаги), всего же этажей пять.
Далее нам приходится вернуться в конец коридора, где находится лестница, ведущая на крышу. Десять ступеней – и мы уже вдыхаем холодный ночной воздух. Лунный свет позволяет осмотреться по сторонам и спокойно идти по крыше, но центральную башню можно найти даже в полной темноте – сквозь щели в ставнях пробивается горящий внутри свет. Мы заглядываем в одну из них и видим просторную комнату, обстановка которой позволяет нам предположить, что это рабочий кабинет. Несколько шкафов с книгами. Большой круглый стол, заваленный бумагами. Мягкие кресла, расставленные вдоль стен.
В одном из них сидит женщина и читает какой-то журнал. Длинные черные волосы еще больше подчеркивают белизну ее лица, достаточно красиво для того, чтобы отвлечь взгляд от ее бесформенного серого платья, напоминающего одеяние послушницы. Какое-то время она продолжает листать журнал, потом отбрасывает его в сторону, опускается на колени и начинает молиться. Мы в свою очередь возвращаемся тем же путем, каким и пришли, остановившись на этот раз на втором этаже. Теперь, когда вместо шагов за дверью слышны крики, мы принимаем решение – именно эта секция второго этажа и станет нашим временным домом.
3
В огромной комнате с белыми стенами, называемой здесь Залом Сновидений блока 2Б, находятся 200 кресел, расставленных в круг. В креслах сидят дети, их глаза закрыты, но губы шевелятся, произнося какие-то еле слышные слова. В углу неподвижно стоит широкоплечий мужчина в сером комбинезоне и наблюдает за сидящими в круге. Одновременный шепот двухсот детей, усиливаемый акустикой пустой комнаты, сливается в достаточно громкий гул, но мужчина не обращает на него никакого внимания, пока тот не прерывается оглушительным криком
- Нет! Не-е-е-т! Пожалуйста, нет! – вопит толстый девятилетний мальчишка в дальнем углу комнаты.
Человек в комбинезоне бросается к нему.
- Девятнадцатый, открой глаза, - мужчина трясет мальчишку за шею. – Ты слышишь меня? Открой глаза.
Мальчик повинуется, но страх, похоже, не оставил его.
- Дядя убил собачку! Со-ба-чку! - он закрывает лицо руками и заходится в плаче.
Мужчина поворачивается к остальным детям (половина из них с жалостью смотрят на толстяка) и поднимает руку.
- Дети, внимание! Прошу вас не отвлекаться, с девятнадцатым уже все в порядке. Что вы должны делать?
- Молиться, и видеть сны, - нестройным хором отвечают сидящие и закрывают глаза. Шепот возобновляется.
- А ты можешь идти и отдыхать, - мужчина гладит жесткие мальчишеские волосы. – И не забудь помолиться.
- Хорошо, наставник, - отвечает мальчик, убирая руки от лица. – Я опять плакал, а мои ладони сухие. Почему?
- Потому, что ты плакал вот здесь, - мужчина приставляет указательный палец к его лбу. – Иди.
Мальчик уходит, а человек в комбинезоне возвращается на свое место, вновь превращаясь в безмолвную неподвижную статую.
4
- Доброе утро, наставник Маро, - в один голос говорят двое молодых мужчин человеку, которого мы видели ночью в зале.
- Доброе утро, - отвечает Маро. – Канос, ты сделал то, о чем я тебя просил?
- Разумеется, - улыбается один из них – высокий длинноволосый парень в черных джинсах и синей вельветовой рубашке. - Ваша комната в полном порядке.
- Как прошла ночная смена? – спрашивает другой, одетый в зеленую футболку и черные тренировочные штаны. – Ночью мы слышали крик.
- Опять девятнадцатый, - вздыхает Маро и потирает пальцами переносицу. – Ты же знаешь, Тио, ночью с ним всегда нелегко. Бывали, конечно, случаи и похуже, однако мне все равно трудно видеть страдание ринов. К тому же я надеялся, что хоть последняя ночь будет спокойной.
- Вы уже попрощались с ринами? – спрашивает Канос.
- Еще нет, но сейчас пойду. У меня осталось 2 часа – новичок прибудет к двенадцати, а мы не должны встретиться.
- Тогда прощайте, наставник Маро, - молодые люди почтительно наклоняют головы и касаются кончиками пальцев лба.
- Вы же знаете, что «до свидания», - грустно говорит он и медленным шагом идет вдоль коридора.
Парни молча смотрят ему в след, пока он не скрывается за поворотом.
- Какой же он сентиментальный, - сквозь зубы говорит Канос и придает своему лицу печальное выражение. – Мне трудно видеть страдание ринов. Тьфу! Зачем тогда, спрашивается, пошел на службу?
- Прекрати! – обрывает его Тио.- Ты думаешь, это легко? Поди, попробуй, а я на тебя посмотрю. К тому же не забывай, наставники опытнее и духовно богаче нас – это облегчает, но одновременно и усложняет их задачу.
- Да я про то и говорю – сидел бы себе…
- Не желаю больше ничего слышать, – Тио чуть поднимает голову и смотрит Каносу прямо в глаза. - Ты понял меня?
- Да ладно тебе, не кипятись, - отвечает тот, отводя взгляд. – В конце – концов, что мы об этом можем знать – мы ведь всего лишь служители.
- Вот и не забывай об этом, - Тио поворачивается и берет стоящую у стены метлу с длинной ручкой, - я подметаю зал, ты разбираешь в кладовке.
Как только широкая двухстворчатая дверь закрывается за ним, Канос плюет на нее.
- Пошел ты, - шепчет он.
5
Ровно в полдень из комнаты, приютившейся за входными воротами дома, выходит мужчина лет тридцати пяти в черном костюме и со спортивной сумкой через плечо. Ни на секунду не задумываясь, он поворачивает влево и решительным шагом поднимается по лестнице. Достигнув пятого этажа, он открывает ближайшую дверь, проходит по длинному коридору и, минуя еще одну дверь, выходит на центральную лестничную площадку дома. На ней, в отличие от той, на которую он поднялся, есть еще одна лестница, ведущая вверх.
Подъем занимает всего несколько секунд и вот, предварительно постучав, мужчина открывает дверь в центральную башню.
За столом, стоящим посреди круглой комнаты, сидит молодая женщина. Увидев вошедшего, она поднимается и делает несколько шагов ему навстречу.
- Рада приветствовать вас в нашем доме, - говорит она мягким, но в тоже время достаточно официальным голосом. – Давайте присядем.
Они садятся.
- Как ваше имя?
- Лейен.
- Прошу вас, наставник, в неформальной обстановке называть меня просто Анной.
Мужчина кивает.
- Сначала, если позволите, личный вопрос, - продолжает она. – В чем причина столь неожиданной замены вами нашего бывшего наставника? Не обижайтесь, но это был исключительно преданный своему делу человек.
- Не могу этого знать, Анна. Для меня самого приказ о назначении был полной неожиданностью.
Женщина удивленно смотрит на него.
- Значит ли это, что вы не претендовали на эту должность?
- Скорее, не считал себя достойным подобной чести.
- Вы правы, это честь. Однако, неуверенность в ваших словах заставляет меня еще больше сомневаться в правильности подобного решения.
- Я понимаю вас. Но все же, смею заметить, мы не в праве обсуждать указания свыше. Что же касается меня, уверяю вас, что отнесусь с должным уважением к своей новой службе.
Настоятельница бросает на наставника недовольный взгляд, но предпочитает сменить тему.
- Что ж, - говорит она. – В таком случае перейдем к делу. Наш дом построен по стандартному плану, по четыре блока на каждом этаже. Вам отводится блок 2Б, состоящий из 10-ти комнат для ринов, Зала Сновидений, подсобных помещений и ещё трёх комнат – для вас и 2-х служителей. Зал Сновидений Рины посещают все вместе, по строго отведенному графику – его вы будете получать у меня раз в неделю. Личные контакты с наставниками других блоков запрещены. Занятия по современности для вас не ограниченны, но не стоит уделять им много внимания. Главное для вас – это присмотр за ринами. В случаи непредвиденной ситуации, а такой не было последние 200 лет, немедленно связываться со мной. Одежду наставника, как и всё необходимое для ринов, вы можете получить у служителя Каноса. Есть вопросы?
Наставник поднимается, открывает сумку и достаёт из неё большую красную папку.
- Вы будете смотреть мои бумаги?
- Позже. Оставьте их на столе.
Лейен кладёт папку на стол и идёт к двери, но, уже взявшись за ручку, оборачивается.
- Если я чем-то обидел вас, Анна, прошу меня простить.
Настоятельница молчит, и по губам Лейена скользит лёгкая улыбка.
- Ладно, - говорит он. - У нас впереди целая вечность, чтобы помириться.
Когда дверь за ним закрывается, женщина грустно вздыхает.
- Вечность – это так долго, - говорит она в пустоту.
2
× Пришло новое сообщение