Тэнльбург спал, окутанный тяжелым покрывалом ночи, и черные клубы дыма из сыплющих искрами труб неугасимых домен раскрасились оранжевыми отсветами, скрыв от редких прохожих ночные светила. Со стороны фабрик то и дело доносились тягучие металлические звуки – казалось, сам город стонет во мраке, жалуясь кому-то на неведомую боль.
Тусклый свет масляных фонарей, со скрипом качавшихся на ветру, выхватывал из окружавшего их сумрака отдельные предметы, игрой теней на короткое время давая им подобие жизни. Опавшие листья ползли по мостовой шуршащими потоками, поблескивая влажными спинками, и среди них внимательный глаз мог бы увидеть серые спинки и искры бусинок-глаз.
Где-то надрывно выл пес, и этот ночной плач гнал прочь сон, вселяя в скрывшихся за тяжелыми ставнями людей неясную пока тоску и тревогу.
Тэнльбург спал неспокойно.

Брат-санатор Николас Алгорио смотрел на город сквозь прорези официальной маски, и от него не укрылись поднимающиеся вдоль стен домов серые вторженцы – те враги, которых...
Показать полностью
не остановят крепостные стены и бодрствующая стража. Поступавшие до сих пор донесения были скупы на слова, и теперь он имел возможность лично оценить масштабы надвигающейся катастрофы.
Останови, Абель, - сказал он, стукнув в стенку кареты, - Я дойду до харцбурга сам.
Вы опоздаете на совет, брат Николас, - равнодушно заметил возница, - Что мне сказать ожидающим?
Санатор знакомится с фронтом работ.

Он неспешно шел по улице, то и дело отбрасывая тростью с пути особо наглых – или потерявших от голода страх? - крыс, и вороны перелетали за ним с крыши на крышу, обиженно каркая на пугавшие их скрипом ржавые флюгера. Как власти допустили подобное в одном из важнейших городов Тентарии? Или как могли не допустить? Пищащие комочки шерсти, несущие зловещую тень мора, чья злая воля указала вам на этот город?
Сверкнула узкой полоской света щель ставни, и тут же угасла, захлопнувшись в суеверном ужасе. Вестник чумы поднимался по улицам Тэнльбурга, и кто мог сказать, что его не нужно бояться?
Люди, напомнил себе санатор, чаще всего не задумываются о причинах и следствиях, придавая важность тем явлениям, что кажутся им ярче других. И крыса на улице будет для них обыденностью по сравнению с шагающей в ночи фигурой в вороньей маске, которая всегда появляется на пути мора, неизбежно мараясь в нем сама.
В конце улицы показались освещенные факелами ворота харцбурга.
× Пришло новое сообщение