На пороге библиотеки возникла женщина.
- Это просто возмутительно! - сообщила Ева неприятным голосом.
- Что уже не так? - Бог обернулся и посмотрел на женщину с добродушной усмешкой.

- А что так? Вот, например, это. Это что такое? - Ева указала на свою грудь, - и как называется?

- Совсем скоро это станут называть "холмами неги", - пожал плечами Бог. - Я назвал просто - "грудь".

- Совсем скоро это будут называть диатезом! - сообщила Ева. - Почему такие маленькие?! Куда я с этим?

- Эээ... - Бог развел руками. - Почему маленькие? Выделяются. Выступают.

- Выглядывают! - отрезала женщина. - А должны выдаваться!

- Хорошо, хорошо! - Бог примирительно поднял руки. - Иди сюда, исправлю.

Он прошёл в мастерскую, взял с рабочего стола два куска глины и стал разминать их.

- Ну как? - спросил он, любуясь на свою работу. 

Ева посмотрела на свою заметно увеличившуюся грудь.

- Лучше. Так и будет стоять? Хорошо. Теперь вид сзади. Это нормально, да?

- Сзади грудь не видна, - озадачился Бог, - сделать так, чтобы была видна?

- Сделать так, чтобы сзади соответствовало! - возмущенно ответила женщина, - куда это годится, а?! Почему оно плоское?

- Ах, ты о "полусферах услады", - понял Бог, - рабочее название - "попа". Как же плоское? Вполне выпуклое, мне кажется.

- Я не желаю "вполне"! - резко сообщила Ева. - Желаю максимальной выпуклости при максимальной стройности. И чтобы высокое! И крепенькое!

- Ясно, - Бог взял еще два куска глины и стал смешивать их с полимерами. - Сейчас сделаем.

Женщина скрупулёзно ощупала новые формы тыла, заглянула слева, потом справа и, напоследок, звонко шлёпнула себя ладонями по ягодицам. Довольно улыбнулась, потом тряхнула головой, словно вспомнив что-то неприятное.

- Теперь сюда смотрим, - Ева повернулась к Богу спиной и резко наклонилась. - Что видим?

- Срам видим! - Бог отвернулся и демонстративно передернул плечами. - Тьфу!

- Ах ты ж какие мы впечатлительные! - завизжала Ева. - А чьих рук дело этот срам, спрашивается? Почему темнее? Требую ровного цвета!

- Послушай, неблагодарная! - Бог гневно повернулся к женщине. - Там темнее, потому что в глину добавлен коллаген для эластичности. Или тебе хочется, чтобы после недели использования треснуло и разлетелось вдребезги?

- Я хочу красоты и эстетического совершенства, - безаппеляционно заявила Ева.

Бог вздохнул и принялся делать руками магические пасы, морщась и искоса поглядывая на место приложения волшебства.

- Ну? Ты довольна? - он отряхнул руки.

Ева придирчиво осмотрела себя в зеркальце, выворачивая голову и изгибаясь.

- Почти самое то, - вынесла она вердикт. - Губы.

- Что - губы? - осведомился Бог. - "Врата страсти"? Там-то что тебе не будь здоров?

- Там пока всё будь здоров, тьфу-тьфу-тьфу. А вот верхние.. не знаю правильного термина... рабочее название - "рот". Он у меня как у твоей змеюки, - ответила женщина. - Губы никуда не годятся. Исправляй. Добавь объёму и выразительности.

- Сколько угодно! - Бог снова потянулся за глиной. - Слушай, женщина.. А Адам как относится к твоим выкрутасам?

- Адам будет в восторге, - решительно сообщила Ева. - Да вот и он, к слову о глине. Как тебе, милый?

- Ой, батюшки! - Адам испуганно спрятался за Бога и оттуда разглядывал Еву выпученными глазами. - Кто это?! Смутно похожа на...

- Мечту? - ухмыльнулся Бог.

- Эротическую мечту? - игриво заморгала Ева.

- Кошмарную эротическую мечту? - предложил змей.

- Перекачанную велосипедную шину! - решился Адам. - С грыжами! Причем сразу во всех местах.

Бог нехорошо прищурился.

- Так... Откуда знаешь про велосипед? Быстро отвечай! В глаза мне смотри! Велосипед изобретут только через пять тысяч лет! Ты не должен этого знать!

- Про силикон я тоже не должен знать ближайшие пять тысяч лет, - заныл Адам, - а страдать от его изобретения начал уже прямо сейчас!

- А про силикон откуда?! - ахнул Бог.

- Твои лабораторные читал. Пока Ева листала проекты хентай-комиксов...

- Змей? - Бог сурово посмотрел на Хранителя. - Как они попали в мой кабинет? А ты куда смотрел?

Змей виновато прикусил кончик хвоста.

- Я с этим размножаться отказываюсь! - вдруг громко заявил Адам. - У меня хрупкий вестибулярный аппарат и легко ранимое эстетическое восприятие!

- Да на твоё место херувимов всяких набежит тьма, только свистни, - подбоченилась Ева. - На такой плод любой роток разинет!

- Ещё один эстет, - поворчал Бог, переводя взгляд с побледневшего Адама на раскрасневшуюся Еву.

- Змей, яблоко! Быстро! - шепнул Бог.

В стерильном райском воздухе быстро распространился густой яблочный аромат. Ева замерла, осторожно принюхиваясь. Адам, наоборот, задрожал, жадно вдыхая новый запах. Его глаза опустели и заблестели, а рот непроизвольно открылся. По подбородку потекла тонкая струйка слюны.

- Ухтыыыыы! - сообщил он, уставившись на Еву и медленно надвигаясь на нее. - Огооооо! Нега! Услада! Страсть! Хочуууу!

- В каком смысле? - спросила Ева и испуганно попятилась. - И что за идиотское выражение морды?

- В том смысле, что наш кролик возжелал вкусить все запретные плоды сразу, - ехидно внес ясность Бог. - Женская красота - лучшее средство борьбы с мужским умом. А мужской ум - лучшее средство борьбы с природой. А природа - лучшее средство борьбы с женской красотой. Дальше мысль развивать?

Ева взвизгнула, резко развернулась и стремглав бросилась вон из райского сада. Адам рванул за ней, хлопая себя руками по бедрам, возбужденно подпрыгивая и издавая громкие нечленораздельные комплименты.

- То-то же! - Бог довольно смотрел вслед убегающим. - Ишь ты, эстеты г... глиняные!

- Чем это ты их угостил, Всемогущество? - осторожно поинтересовался змей.

- Экспериментальное средство для освежения райского воздуха, - хмыкнул Бог. - Уже скоро их станут называть феромонами. Очень серьезно влияет на границы восприятия красоты. Практически... стирает.

- Красоту? - уточнил змей.

- Границы, - подмигнул ему Бог.

На следующий день на пороге библиотеки возник Адам.

- Ммм... не осталось ли еще немножечко глины?, - краснея спросил он.

- Начались хождения, - недовольно прошелестел из угла змей…



Автор неизвестен.

× Пришло новое сообщение