Я читал одну удивительную историю, написанную Шелом Сильверштайном. История называлась «Дающее дерево». На свете росло древнее магическое дерево. Ветви его раскинулись высоко в небе. Во время его цветения бабочки всех видов, всех расцветок и размеров танцевали вокруг него прекрасный танец. Когда оно плодоносило, птицы из дальних стран прилетали к нему. Ветви были похожи на распростертые на ветру руки, это было так прекрасно.

Каждый день к дереву приходил мальчик и играл в его тени. И большое древнее дерево полюбило маленького мальчика. Большое и старое может полюбить маленькое и молодое, если большое не думает о том, что оно большое. У дерева не было мыслей о том, что оно большое (только люди могут думать об этом), и поэтому оно полюбило мальчика. Эго любит величие. Эго всегда пытается завязать отношения с тем, что больше него самого. Но для любви неважно, большой ты или маленький. Любовь принимает все, что попадает в ее поле.

Поэтому дерево ощутило любовь к маленькому мальчику, который часто играл рядом. Ветви дерева тянулись высоко в небо, но оно опускало их, чтобы мальчик мог вдыхать аромат цветов и срывать плоды. Любовь всегда готова кланяться, а эго не может себе этого позволить. Если вы подойдете к эго, оно вытянется, чтобы стать еще выше, оно сделается натянутым и неподвижным, чтобы вы не смогли задеть его. Тот, кого можно задеть или уязвить, считается маленьким. Тот, кого нельзя задеть, кто восседает на троне власти в главном городе страны, считается большим.

Веселый ребенок приходил, и дерево наклоняло ветви. Когда ребенок срывал цветы, дерево ощущало невероятное блаженство, все его существо наполнялось экстазом любви. Любовь счастлива, когда может дарить себя, эго же счастливо лишь тогда, когда ему удается что-нибудь заполучить. Мальчик рос. Иногда он спал в тени дерева, иногда ел его плоды, иногда из цветов дерева он мастерил корону и представлял себя владыкой джунглей. Человек становится царем, когда у него есть цветы любви, но он становится жалким и несчастным, когда шипы эго напоминают о себе. Видеть мальчика в венке из цветов, танцующего под ласковыми лучами солнца, было для дерева абсолютным счастьем. Оно переполнялось любовью. Оно склонялось в любви, оно пело на ветру.

Мальчик вырос еще больше. Он начал лазать по дереву и качаться

на ветвях. Дерево было счастливо, когда мальчик отдыхал в тени его листьев. Любовь счастлива, когда может дать кому-то комфорт и отдых, эго же счастливо лишь тогда, когда забирает комфорт у другого. С течением времени у мальчика появились другие дела и обязанности. В игру вступили амбиции. Мальчику нужно было сдавать экзамены, завоевывать друзей, поэтому он приходил к дереву уже не так часто. Но дерево ожидало каждого появления возлюбленного мальчика.

Любовь всегда ждет. Дерево тосковало, когда мальчик не приходил. У любви лишь одна печаль: время, когда она не может поделиться с кем-то, когда она не может отдать себя. Любовь счастлива, когда она может поделиться. Когда есть возможность отдать всю себя без остатка, любовь приходит в полнейший восторг.

Мальчик стал ещё взрослей, и дней, когда он приходил к дереву, теперь стало совсем мало. У любого, кто растет в мире амбиций, остается все меньше и меньше времени для любви. Мальчик хотел многого достичь и занимался мирскими делами: «Дерево? Какое дерево? С какой стати мне навещать его?»

Однажды, когда мальчик проходил мимо, дерево позвало его:

— Послушай! — его слова повисли в воздухе: — По-

слушай! Я жду тебя, но ты не приходишь. Я жду тебя

каждый день.

Мальчик спросил:

— А что у тебя есть для меня? Мне нужны деньги.

Мотивы эго всегда таковы: «Что ты можешь мне предложить? Я могу прийти, если ты можешь мне что-нибудь дать. Иначе какая мне нужда к тебе идти?» Эго всегда должно знать цель. У любви вообще нет никаких мотивов, у нее нет цели. Любовь сама есть награда.

Ошеломленное дерево сказало:

— Ты придешь ко мне, только если я тебе что-то дам? Я могу дать тебе все, что у меня есть.

Если мы утаиваем что-то, то это не любовь. Эго утаивает, любовь отдает безусловно.

— Но у меня нет денег. Это изобретение человека. У нас, у деревьев, нет этой болезни, мы радостны, — сказало дерево. — На нас цветут цветы, на нас созревают фрукты. Мы даем путникам тень. Мы танцуем на ветру и поем песни. Невинные птички прыгают на наших ветвях, щебечут и чирикают, потому что у нас нет денег. В день, когда мы начнем заниматься деньгами, мы тоже станем жалкими и несчастными, как и вы, люди. Люди сидят в храмах и слушают проповеди о том, как обрести мир и согласие в душе,как обрести любовь. Нет, нет, у нас нет денег.

Мальчик спросил:

— Тогда зачем мне приходить к тебе? Я лучше пойду туда, где есть деньги. Мне нужны деньги.

Эго просит денег, потому что деньги дают власть. А эго нуждается во власти.

Дерево глубоко задумалось. Через некоторое время оно воскликнуло:

— Сделай так. Собери все мои фрукты и продай. За них ты получишь деньги.

Мальчик просиял. Он вскарабкался на дерево и собрал все плоды, даже те, что еще не созрели. Во время этого варварства ломались ветви и падали листья. Но дерево чувствовало себя самым счастливым на свете, его переполняла радость. Даже сломанные ветви делают любовь счастливой. Но эго несчастно даже тогда, когда получает,

ему все время мало.

Уходя, мальчик не оглянулся, чтобы поблагодарить дерево. Но дерево не обратило на это внимания. Оно получило благодарность, когда мальчик согласился принять предложение любви, собрал плоды и продал их.

Мальчик не возвращался долгое время. Теперь у него были деньги, и он был очень занят тем, что добывал все больше и больше денег. Он совсем забыл о дереве. Прошли годы. Дерево грустило. Оно очень хотело, чтобы мальчик вернулся. Оно было как мать, чья грудь полна молока, а ее ребенок пропал. Все ее существо жаждет ребенка, тоскует по нему, хочет, чтобы он нашелся, чтобы облегчил ее тяжесть. Так же и дерево тосковало и плакало внутренними слезами. Все существо дерева было в агонии.

После многих лет мальчик, который теперь стал взрослым, вернулся к дереву. Дерево попросило:

— Подойди ко мне. Подойди и обними меня.

Мужчина ответил:

— Перестань болтать чепуху. Хватит с меня этих детских штучек, — эго воспринимает любовь как чушь, как детские фантазии.

Но дерево продолжало приглашать его:

— Подойди. Покачайся на моих ветвях. Давай потанцуем вместе.

Мужчина возразил:

— Прекрати эту никчемную болтовню! Я хочу построить дом. Ты можешь дать мне дом?

— Дом? — воскликнуло дерево. — Я живу без всякого дома.

Только люди живут в домах. Никто в мире не живет в домах, кроме человека. Видите их обусловленность — человеку нужно жить в доме? Чем больше дом, тем меньше становится человек.

— Мы не живем в домах. Но ты можешь сделать вот что: срежь мои ветви, и тогда ты наверняка сможешь построить дом.

Не теряя времени, мужчина принес топор и обрезал все ветви с дерева. Теперь от дерева остался лишь голый ствол. Но дерево было счастливо. Любовь счастлива, даже если ее руки служат любимому. Любовь дает, любовь всегда готова делиться.

Мужчина не утруждал себя благодарностью. Он построил дом. Шли годы. Ствол ждал и ждал. Дерево хотело позвать мужчину, но теперь у него не было ни ветвей, ни листьев, теперь у него не было голоса. Ветер проносился мимо, а дерево не могло позвать. Лишь в душе оно твердило: «Приди. Приди, мой возлюбленный. Приди». Много лет прошло с тех пор, и мужчина превратился в

старика. Однажды, проходя мимо, он подошел к дереву.

Дерево спросило:

— Что еще я могу для тебя сделать? Ты очень долго не приходил.

Старик ответил:

— Что ты можешь сделать для меня? Я хочу отправиться в дальние страны, чтобы заработать больше денег. Для путешествия мне нужна лодка.

Счастливое дерево сказало:

— Сруби мой ствол и сделай из него лодку. Я буду безмерно радо превратиться в лодку и помочь тебе добраться до далеких земель, где ты сможешь заработать денег. Но, пожалуйста, береги себя и поскорее возвращайся. Я всегда жду твоего возвращения.

Старик принес пилу, спилил ствол, сделал лодку и уплыл. Теперь от дерева остался лишь небольшой пень, но оно ждало возвращения возлюбленного. Оно ждало и ждало, и ждало. Но теперь ему было нечего отдавать. Возможно, старик вообще никогда не вернется, эго идет лишь туда, где может получить выгоду. Эго не идет туда, где ему нечего взять.

Однажды ночью я отдыхал возле этого пня. И он прошептал мне: «Мой друг все еще не вернулся. Я очень волнуюсь за него, вдруг он утонул или потерялся. Он мог потеряться в одной из тех дальних стран. Может быть, его уже нет в живых. Как я хочу знать о нем хоть что-то! Теперь мои дни сочтены, мне было бы достаточно какой-нибудь одной весточки от него. Тогда я могло бы умереть счастливым. Но он не придет, даже если я позову его. Мне больше нечего ему дать, а он понимает лишь язык „получения“».

Эго понимает лишь язык «получения», а любовь — это язык «дарения».

Больше мне нечего сказать. Если жизнь станет как дерево, что широко раскинуло ветви, и люди находят отдых в его тени, а оно протягивает руку помощи всем, если это будет так, то мы сможем познать любовь. Нет рецептов, нет определений, нет никакой доктрины любви. Нет каких-то определенных принципов и правил.

Когда я шел сюда, чтобы говорить с вами о любви, я не знал, что сказать. Любовь едва ли можно описать. Я мог лишь прийти сюда и сидеть в молчании, и если бы вы заметили ее сияние в моих глазах, это была бы любовь, или ощутили бы ее в движениях моих рук, это была бы любовь, и тогда я мог бы сказать: «Вот она. Вот любовь».

× Пришло новое сообщение