Мэри из Океана

Легенда о “Мэри, рожденной в океане” пользуется популярностью в Нью Гэмшире, штате на восточном побережье США.

В 1720 году эмигранты из Ирландии и Шотландии отправилась на поиски счастья в Новый Свет. Среди них оказался и Джеймс Уилсон с беременной женой Элизабет. Согласно распространенным небылицам, корабль, на котором они отправились в плавание, звался “Волк”, хотя непонятно, с какой стати миролюбивым эмигрантам так грозно называть свое судно.

Так или иначе, плавание не обошлось без приключений. 18 июля 1720 года неподалеку от берегов Массачусетса корабль захватили пираты. Предводителя флибустьеров звали романтично – дон Педро. По крайне мере, именно так его величает одна легенда. Другая возражает – как бы он там ни прозывался, дон Педро был чистокровным англичанином, просто выбрал карьеру морского разбойника вместо, скажем, клерка. Личностью он оказался весьма сентиментальной. Даже удивительно, как его сердце не задубело от морских ветров. Или как команда подчинялась человеку, готовому пустить слезу от агуканья младенца.

Но именно это и произошло – пока пираты брали судно на абордаж, у Элизабет Уилсон начались схватки. А когда морские волки огляделись, прикидывая, кого бы ограбить в первую очередь, до них донесся плач новорожденного. Точнее, новорожденной. Дон Педро отправился на нее посмотреть. Первым делом он поинтересовался, как родители назовут дочку. Те, вероятно, ответствовали, что еще не определились с именем. Как-то не до этого было. Вопли, шум, скрежет, сочные пиратские словечки – как-то оно не располагает. Тогда дон Педро предложил, что если они окрестят малышку “Мэри”, то он отпустит всех пассажиров живыми и невредимыми. Можно себе представить, как вытянулись лица у его соратников, но дон Педро был непреклонен. “Мэри” звали его матушку (по другим версиям, подружку или какую-то другую очень дорогую ему особу, чью память он хотел увековечить). Без дальнейших размышлений, родители согласились, в пиратам пришлось покинуть корабль несолоно хлебавши.

Однако дон Педро опять вернулся. В чем дело? Неужто передумал? Нет, совестливый крестный принес малышке охапку подарков, включая отрез роскошной зеленой парчи – на свадебное платье. Тут нужно отметить, что выходить замуж в зеленом по всей Англии считалось крайне дурной приметой. Зеленый прослыл любимым цветом фейри, которые строго следили за копирайтами и наказывали всех тех, кто желал этот цвет присвоить. По другой версии, зеленые платья навевали мысли о добрачных игрищах на траве, отсюда и запрет – нельзя ведь предстать перед алтарем в столь вызывающем виде! Во всяком случае, пират про этот запрет явно не подумал, а эмигранты, после всего пережитого, вряд ли стали бы с ним собачиться и требовать, чтобы он сгонял обратно и принес ткань более благопристойной расцветки. Хорошо, хоть вообще отпустил.

Несмотря на столь захватывающее начало и все дурные предзнаменования, жизнь Мэри из Океана протекало тихо и размеренно. Уилсоны поселились в Лондондерри, Нью Гэмпшир, причем горожане так обрадовались их счастливому избавлению, что начали отмечать его из года в год. Вскоре мистер Уилсон скончался, а его жена вновь вышла замуж за некого Джеймса Кларка.

Тем временем Мэри подрастала, пока наконец не превратилась в высокую и статную особу, решительную и остроумную. Горожане восхищались ее изысканными манерами, а также блестящими глазами и рыжими волосами. Эх, какая пиратская подруга получилась бы из нее! Но судьба распорядилась иначе. Свадьба Мэри состоялась 18 декабря 1742 года. Счастливым супругом стал Джеймс Уоллес, а гости в церкви любовались на ярко-зеленое платье невесты, сшитое из пиратской парчи. Обрывки платья до сих пор хранятся в музеях.

В замужестве Мэри родила четырех сыновей и одну дочку. Сыновья сделали блестящую политическую карьеру, зажили богато, а средний сын Роберт выстроил в городе Хенникер особняк, впоследствии прозванный «домом Мэри, рожденной в океане». Впрочем, когда престарелая Мэри после смерти мужа переехала в Хенникер, то проживала она не с Робертом в его усадьбе, а с младшим сыном Уильямом, так что «дом Мэри» относится к ней весьма опосредованно. Скончалась она 13 февраля 1814 и была похоронена на кладбище позади ратуши. Перед надгробием с непритязательной надписью «в память о вдове Мэри Уоллес» поставили табличку «Мэри, рожденная в океане».

И это все?

И не было больше ни пиратов, ни авантюр? Дон Педро так никогда и не встретился со своей крестницей? Зеленое платье так и провисело в шкафу на радость моли?

Это действительно несправедливо. Уж слишком увлекательный вырисовывался сюжет, чтобы дать ему пропасть за здорово живешь. Именно так считали горожане. К счастью, они обладали хорошим воображением.

В 1917 году начальник почтового отделения города Хенникера получил письмо от Луиса Роя из Висконсина. Мистера Роя интересовало, нет ли в Хенникере каких-нибудь будоражащих воображения мест, чтобы он мог там поселиться со своей овдовевшей матушкой. По видимому, он считал, что эмоциональная встряска будет вдове очень кстати. Почтмейстер пожал плечами – Хенникер это ни какая-нибудь там Трансильвания, здесь старинных замков и в помине нет. Он уже собирался ответить отказом, как вдруг у его сотрудницы вспыхнули глаза. А почему бы нет? Взять хотя бы старый дом Уоллесов — давно уже пустует, вот-вот обвалится. Чем ни поместье с привидениями? Так что пусть приезжают богатые эксцентрики, в городском бюджете средств поприбавится. Вскоре мистер Рой вместе с матушкой приехал в Хенникер, купил старинный особняк, отреставрировал его и населил призраками. Но, возможно, духи там водились изначально. Мистер Рой их попросту обнаружил.

История об океанской Мэри в Хенникере была отлична известна, так что гости города интересовались всем, что было связано с этой загадочной особой. Мистер Рой начал зазывать их к себе, причем за каждый визит брал деньги, все как в настоящем музее. Призраки ведь просто так цепями звенеть не будут.

Вскоре дом опутали легенды, да так густо, что и коренные жители Хенникера уже не пытались отсеять выдумки от фактов. Со слов мистера Роя выходило, что особняк выстроил никто иной, как дон Педро, отошедший от дел. Захотелось ему, понимаете ли, респектабельности под конец жизни. Свои несметные сокровища он закопал в саду (за 50 центов мистер Рой выдавал желающим лопату, чтобы те всласть покопались в поисках сундуков с пиастрами. А если они еще и город вскопают при этом, то и вовсе прямая польза!) Тем временем, Мэри овдовела и осталась одна-одинешенька, с четырьмя-то детьми на руках! И что же ей, горемычной, делать? Но и тут дон Педро пришел к ней на помощь. Он пригласил ее к себе экономкой со всеми вытекающими. Так они жили долгие и радостные годы, пока дона Педро не зарубили абордажной саблей в саду (а как еще пирату, пусть и остепенившемуся, умирать, если не от удара сабли?) Безутешная экономка похоронила его дома, под полом перед очагом, чтобы даже после смерти он ее не покидал. А ее дух до сих пор расхаживает по дому, покачивается в любимом кресле-качалке, а под Хеллоуин появляется на кладбище и оттуда едет домой на роскошной карете. Что тут скажешь? Жизнь удалась!

Правда, после смерти мистера Роя дом достался более прагматичным людям, которые сделали все возможное, чтобы отвадить толпы туристов. Так что на знаменитое кресло-качалку уже не полюбуешься, и не услышишь его скрип.

А Мэри из океана до сих пор ждет, чтобы кто-нибудь написал о ней захватывающий роман, полный любовных страстей и приключений. Роман, в котором дон Педро опознает ее по зеленому платью, похитит рыжеволосую красавицу прямо из церкви, и рука об руку они будут рассекать волны, полной грудью вдыхая соленый ветер...

Возможно, она ждет именно вас.

6
× Пришло новое сообщение