Как выжить в чувашских лесах. День 6-8.


Темой шестого дня заявлена социальная стратификация. Мы продолжаем лепить новый СССР, элегантно переименовывая "служащих" в "сферу услуг", и "рабочих" в "промышленников".

За неделю настолько устаешь от внутрикомандых разборок, что, кинув напоследок: "Короче еще сбоку творческую интеллигенцию зафигачьте", суешь книгу под мышку и уходишь спать в лес. Вообще-то, как правило, тебе больше всех надо, и любая несогласованная самодеятельность заставляет хотеть убивать, но ты-таки убеждаешь себя, что они все взрослые люди, и отлично справятся сами. Засыпаешь, обняв березку, с одной надеждой: лишь бы не накосячили.

Просыпаешься в восемь. Бодренькой походкой идешь в корпус, отряхивая налипшую грязь с рубашки. Дикий ор слышишь уже на подступах. Закипая от бешенства, открываешь дверь в номер. Шум замолкает, на тебя оборачивается с десяток каких-то левых людей, Р. громко хихикает откуда-то из-за дивана. Мальчик М., кажись, корчась в предсмертных судорогах, растирает пальцами виски. Хватаешь его под белы ручки, тащишь в медпункт - пульс 126, нате вам. Оставив его куратору, несешься обратно, влетаешь в комнату с криком: "Вы мне М. поломали, ироды" и от огорчения пинаешь ногой диван. Все уныленько расходятся. Тем временем, уже десять. Схема стратификации, закиданная сверху чак-чаком, лежит такая же, какой ты ее и оставлял, только теперь в большом красном кружке ровным почерком выведено "творческая интеллегенция". Р. неловко выглядывает из-за дивана, избегая смотреть в глаза.

День седьмой. Для разгрузки устраивают "что, где, когда" и крутят фильмы. Ты пытаешься снова научиться любить людей, но не выходит. 

Вечером А. особенно удачно садится на кровать. Советская мебель издает жалобный скрип и все-таки не выдерживат. И основная проблема даже не в том, что нужно вызывать мастера и чинить, а в том, что А. теперь сугубо уверен: это все потому что он толстый. Весь вечер коллективно боремся с подростковыми комплексами. 

День восьмой. Приглашают товарища Генисаретского. Вообще, темой дня заявлена духовная жизнь, этика в частности, но я до сих пор не могу понять, про что была та трехчасовая лекция, которую зачитал нам товарищ. Из того, что я все-таки уловил: как, грубо говоря,  начальные (трансцендентальные, если кто шарит в философии) виды самопознания и самостановления он выделил игру и обряд. Когда я спросил, где кончается обряд, и начинается регламент или традиция, мне ответили, цитирую: "Ну вы понимаете, раньше была белая и черная магия, и вот черная магия была плохая. Но для этого нужно уходить в антропологию, конечно же". Я сел и, кажется, понял все. А еще он рассказывал, как жил рядом с Белорусским вокзалом, и рядом была колокольня.

За обедом другой преподаватель, обзовем его П., который читал замечательные, максимально понятные лекции, и которого обожали поголовно все, вздохнул и вдохновленно-задумчиво выдал: "Да, вот к такому уровню мысли нужно расти". Я до сих пор надеюсь, что он решил постебаться. 

Он же потом зачитал второй блок, более доступно, но все равно стремно. Организаторы, кажись, сами не поняли, какое задание хотели поставить, или увидели, что их высокие ожидания не оправдались, и тему никто не вкурил, поэтому все размышления о культурном слое и самоосознании свелись к тому, что нам нужно наклепать идеологию и создать проблематику героя нашего времени. На это, собственно, благополучно забили  все, ибо после целого дня попыток въехать хотя бы немного, на вопрос, про что лекция-то в итоге была, любой либо нервно смеялся, либо выдавал емкое "Блин!" и всплескивал руками. 

Алсо, предлагаю вашему вниманию замечательную схемку, которая дико доставляет. Это дерево. 

7
× Пришло новое сообщение