Реклама

О Фотографиях.

Каждую мысль, пускай самую ненавязчивую и крохотную мне хотелось бы законсервировать в отдельной банке «для мелочи», на подобии тех, что стоят в маленьких магазинчиках в сериалах.
Моя семья консервирует все фотографиями, имея архив их далеких девяностых, когда цифровые фотоаппараты были дорогими и каждый кадр — -- окошко на коричнево-желтой пленке. Тут я с двумя глупыми хвостиками, а здесь ненавистное всем первое сентября, где я без двух передних зубов и с огромным букетом, закрывающим меня, а на этой фотографии я в любимом сарафане, который потом, неожиданно, стал мне мал. Можно даже найти фотографии с каких-то праздников: Новый год, день рождения мамы и даже дедушкин юбилей. Консервация происходила годами, собирая из 365 дней года огромную папку, которая имела в себе еще 12 отделов для каждого месяца. Случайно сделанная фотография с каким-то важным, а может совсем не важным, моментом. Под конец года собиралась крупных масштабов коробка, на ней жирным черным маркером писался год, а потом та аккуратно укладывалась на антресоли в ожидании своего звездного часа.
Вечерами, такими уютными и холодными вечерами, думаю, ты понимаешь, о чем я, сдувая пыль с крышки коробки из-под обуви с чудным названием «Марко», в воздухе витала магия. Такая прошлая, которая фонтаном воспоминаний, словно котенок, вырывалась из коробки, охватывая, как теплое пуховое одеяло. Тогда, в нашей старой панельной девятиэтажке проживало почему-то много пожилых дам, оттого была гробовая тишина. Можно было выключить свет по всей квартире, притащить старых свечей, тычком в заедающую кнопку заставить работать обычно мелодично потрескивающий приемник и начать разбирать каждую фотографию. А если это было с другом или подругой… Можно было указывать пальцем в свою мордашку, как-то неожиданно смешно получившуюся на этой цветной карточке, переговариваясь таинственным шепотом, чтобы не нарушить всю магию момента. Помню, в одиночестве тоже было не скучно. Я тогда стаскивала на пол с дивана огромное пуховое одеяло и, кутаясь в нем, как гусеница в коконе, оставляя щели для рук, усаживалась около самой яркой свечи и рассматривала домашнюю «магию», пока родители сидели на новоселье у какой-нибудь очень важной тёти Саши на другом конца города.
А под утро магия рассеивалась снегом, падающим на черные ветви деревьев и на остывший за ночь капот старых «Жигулей» нашего соседа.
6
1
Реклама
× Пришло новое сообщение