Одно из лучших воспоминаний студенческой жизни — поездка в колхоз на первом курсе института.


Нас посылают далеко и на месяц

1 сентября всех первокурсников собрали в зале филармонии, долго рассказывали о замечательном вузе, в котором нам предстоит учиться. Никто не слушал, все ждали, что же скажут о колхозе. Ходили слухи, что поедем мы в Черный Яр, о районе с таким «зловещим» названием я ничего и не слыхивал тогда))). Выступающие все болтали и болтали, а о сельхозработах ни слова… «Наверное, не поедем» — решил я, и тут ректор заявляет: «Послезавтра вы отправляетесь в колхоз, до 1 октября. Работать будете недалеко от города…(разочарованный коллективный вздох)…Волгограда (одобрительный гул). Ура, мы едем!

Мы все здесь умрем
Отправляемся с 17-той пристани, на ракете. Никто никого не знает, но дело молодое, знакомимся. Я держусь с Женей — светловолосым парнем, настоящим романтиком, словно пришедшим к нам из 19-го века (нас свели наши родители, знающие друг друга) и приглядываюсь к Вите (уж больно ловко он играет на гитаре).

В дороге мы развлекаемся просмотром ужастиков в видеосалоне, как сейчас помню – смотрели фильм по Стивену Кингу. Миловидная девушка на соседнем сидении в ключевых моментах смешно вскрикивает и хватает меня за руку. Я умиляюсь подобной впечатлительности, так как фильм больше смешной, чем страшный.

Приехали. Нас погружают в грузовые машины. 12 км мы трясемся по проселочной дороге. Все устали, и мечтают лишь об ужине и теплой постели. Я представляю корпуса с широкими верандами, кусты акации и узкие асфальтированные дорожки – словом, все как в моём любимом пионерском лагере. Однако реальность оказывается очень мрачной. Нас встречают вросшие в землю деревянные бараки, обитые шифером. В окнах этих строений, больше похожих на конюшни, стекол нет – рамы затянуты пленкой. Вместо кустов и дорожек – заброшенная волейбольная площадка и камыш. Территория окружена огромным рвом, за которым начинаются поля.

Но больше всего нас поражает надпись на задней стене центрального барака (в нем жила администрация лагеря). Намалеванная красной краской, очень напоминающей кровь, она гласит: «ВАС ОБМАНУЛИ! СЕГОДНЯ 16 ОКТЯБРЯ, А МЫ ВСЁ ЕЩЕ ТУТ! МЫ ВСЕ ЗДЕСЬ УМРЕМ!»

Я хватаю удачу за хвост
Покидав вещи в бараки, мы отправляемся на ужин, после которого там же, в столовой, состоится собрание. По пути выхватываю из толпы начальника и заявляю ему, что мы с другом хотим работать на кухне. «Да, нам нужен персонал, — говорит он. – Позже решим». На кухню я действительно хочу – к еде поближе и на поле ездить не придется. Однако, что делать на этой самой кухне я в 16 лет и понятия не имел, но ведь тов. Бендер тоже художником на теплоходе работал)))…

Собрание подходит к концу и начальник объявляет «Тот парень, что хотел на кухне работать – пусть подойдет ко мне после окончания сбора». Народ ржет, мол, парень да на кухне, посуду мыть будет? Я не обращаю внимания, сейчас им смешно, но дня через три все они будут завидовать мне черно-белой завистью.

Продолжение следует

× Пришло новое сообщение